Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Опознал в блондинке Наташу Торопову, мою бывшую (и будущую) одногруппницу — ту самую девицу, в смерти которой в тысяча девятьсот семьдесят шестом году обвинили моего брата Кирилла. Посторонился.

Отметил: Наташа заметила мой интерес. Она отреагировала на него озадаченным хмыканьем; прошла мимо меня и устремилась к столу, откуда несколько секунд назад отошёл я.

Узнал я и вторую девицу, что шагнула в кабинет приёмной комиссии вслед за своей белокурой подругой. Высокая и длинноногая, с каштановыми кудряшками: Елена Ивановна Котова — большеглазая девчонка, которая (в этой моей «повторной» жизни) не погибла под обломками протаранившего её дом самолёта.

Глава 3

Я посмотрел в широко открытые глаза Лены Котовой — тёмно-карие. И снова отметил, что они в точности такие же, как на той памятной мне фотографии. В прошлом я (будто по традиции) обязательно подходил к могиле совершенно тогда незнакомой мне девицы и разглядывал портрет на её надгробии, когда по той или иной причине являлся на Верхнее кладбище.

Портрет, как я помнил, никак не реагировал на моё внимание. А вот послужившая для него моделью девчонка замерла на пороге кабинета приёмной комиссии, будто упёрлась в мой взгляд, как в стену. Она смотрела на меня — словно в задумчивости сдвинула к переносице густые тёмные брови. А я вдруг вспомнил, как выглядели её лодыжки, когда они маячили у меня перед лицом.

— Ты?! — сказала Котова.

Мне осталось лишь ответить:

— Я.

Усмехнулся. «Многие парни плечисты и крепки, — вспомнил я строки стихотворения.

— Многие носят футболки и кепки…» Привычным движением потянулся к берету… но вовремя вспомнил, что оставил свой армейский головной убор дома. Поправил на плече лямку дедовой полевой сумки, расправил воротник рубашки. Девчонка среагировала на мои движения: тряхнула каштановыми кудрями."

"Она моргнула — убедилась, что я не привиделся ей, не исчез. Чуть склонила на бок голову, пристально меня рассматривала. Почувствовал запах её духов, в котором помимо цветочных нот уловил сладковатый мускусный аромат амбры.

«Рижская „Иоланта“, — подумал я. — Такими же духами пользуется Варвара Сергеевна Павлова».

— Ты кто такой? — сказала Котова.

Я пожал плечами, ответил:

— Человек.

Лена резко вдохнула — на её шее напряглась тонкая жилка.

«А девчонка высокая, — снова отметил я. — Мне в ту субботу это не померещилось. У неё рост метр и восемьдесят сантиметров, не меньше. Может и на пару-тройку сантиметров больше.