Адвокат Империи 11 читать онлайн

После чего достала из своего портфеля тонкую папку и протянула её Владимиру.

— Наше предложение.

— Какое ещё к дьяволу предложение⁈ — рыкнул он, схватив папку.

— Последнее, — ответила Голицына. — Так сказать, решила дать вам шанс спасти ваши… лица. Мои высокие каблуки не предназначены топтаться по грязным лужам, знаешь ли. Жаль будет их испачкать. О вас.

Скворцов, в отличие от меня, не смог со спокойным лицом проглотить это оскорбление. Тем не менее он схватил папку и открыл её, принявшись читать то, что было написано внутри.

— По пять тысяч? — Его голос едва ли не дрожал от ярости. — Это ты называешь предложением?

— Скажи спасибо, что Харитоновы решили дать хотя бы столько. — Елизавета сложила руки на груди и усмехнулась. — Я вообще предлагала им лишь оплатить купленные этими людьми билеты на тот автобус. Это и без того было бы крайне излишней щедростью, особенно если учесть, что виноват их водитель, а не мой клиент.

В этот момент Скворцов напоминал готовый вот-вот взорваться вулкан. Покрасневшее лицо.

Дрожащие от ярости ладони. Если честно, я почти ждал, что он сейчас не выдержит и швырнёт эту папку в её самодовольное, явно наслаждающееся происходящим лицо.

Но он сдержался.

— У Валентины Федотовой перелом бедра. Операция и послеоперационное восстановление. У её сына сотрясение мозга и закрытая черепно-мозговая травма после удара. У Сергея Мухина сломаны рёбра и закрытый перелом правой руки в двух местах. Он ещё три месяца не сможет из-за этого работать. Михаил Агафонов, скорее всего, лишиться зрения на один глаз.

У Елены Зиминой повреждён позвоночник. Она проведёт в постели следующие полгода и ещё полтора будет учится заново ходить. Виталий Рогов и его жена сидели спереди. Оба едва выжили. Вадим Гусев умер, оставив свою дочь и жену без отца и мужа. И всё из-за твоего ублюдочного клиента.

Он даже не говорил. Скорее, рычал, по памяти называя имена и то, какой вред им нанесла та авария. При этом его эмоции горели таким огнём, что, будь они настоящим пламенем, то можно было загореться, просто стоя рядом с ним.

Если раньше я ещё мог думать иначе, то сейчас уже нисколько не сомневался, почему именно он занимался этим делом.

Он принимал его слишком близко к сердцу.

— Пять тысяч, — продолжил он, явно с трудом сдерживая себя и сохраняя голос относительно спокойным. — Пять тысяч — это ничто по сравнению с тем, сколько им всем придётся заплатить и пережить из-за того, что этот мелкий недоносок решить сесть за руль пьяным…

— Осторожнее, Владимир.