Но этот вопрос мы закрыли раз и навсегда - Ирка растет с родителями, вырастет - сама определится. Ещё леди Нариния хотела разведать - на чем бы ещё она могла сделать бизнес с нами? Модный бизнес с Раисой у нее шел по-прежнему отлично."
"Несмотря на прошедшие годы, Рае удавалось оставаться на вершине модных веяний. Возможно, это потому, что тогда, ещё с первыми переселенцами с Земли Раисе доставили огромную кипу журналов мод и по дизайну. Рая творчески перерабатывала земные модели, подгоняя их под наш практицизм и вычурные вкусы публики метрополии.
Получались новинки. Рая пару раз даже летала с мужем на планету-метрополию, ее приглашали на различные конференции и симпозиумы. Было у меня опасение, что падкую на мишуру Раю привлечет столичная жизнь. Но каждый раз они возвращались, и Райка вздыхала с облегчением, надевала любимые джинсы и говорила о том, что такая столичная жизнь не по ней. Уж лучше дома.
Тем более что здесь ее ждала чудесная семилетняя дочка Виолетта. Мамино счастье, папина гордость. Рая баловала ее неимоверно, наряжала в принцессочьи платья.
И периодически эта принцессочность ударяла Виолетте в голову, она становилась невыносимо манерной и жеманной. Но, слава Богу, сие случалось нечасто, и в обычное время девчонка охотно отзывалась на Летку, носилась вместе со всей поселковой ребятней, и прийти домой с полуоторванным подолом эксклюзивного платья от кутюр - для нее это было обычным делом. Так что за Раису можно было быть спокойной - здесь ее дом.
Бамс!!! В оконное стекло шлепнулся крупный снежок.
Я выглянула, грозя кулаком. Дети стояли, разводя руками и тыкая пальцем в папу. А тот бессовестно хохотал и призывно махал мне рукой, приглашая пошалить во двор. Я помотала головой - Неа, не хочу! Сегодня у меня день великой лени и воспоминаний, в кои-то веки в доме тихо и спокойно. Обед готов, до ужина ещё далеко, можно вот так сидеть, покачиваться в кресле, машинально перебирая спицами и думая о своем, девичьем…
Так вот, о леди Наринии. В первый же ее приезд я познакомила ее с тетей Катей.
Увидев у нее в гостиной древнюю, как мамонт, горку, с нее менее древним хрусталем, а так же знаменитой фарфоровой не то балериной, не то пастушкой - уж и не помню, что там за зверь был, леди Нариния свято уверовала в древность нашей семьи. Я ее и не разубеждала. К этому времени тетя Катя со своим кружком любительниц ажурных пуховых платков, развернулась вширь и вдаль. То есть, все желающие были ими обеспечены, и теперь платки вязались впрок.
