Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Пришлось спешно сделать несколько глотков вина, чтобы успокоиться. Но сердце всё равно колотилось с бешеным ритмом. Никогда ничего подобного не испытывала.

– Мужчинам иногда нужны и те, кто разделит с ними не только тепло уютного дома, но и те, кто прикроет спину в сложный момент, – не удержалась я.

А стоило всё же промолчать. Хотя бы ради Аристарха Валерьевича…

Глава 11

Аристарх

Странная вспышка магии, едва ощутимая, но тревожная. Миг и уже всё спокойно. Но я увидел перемену в поведении Софьи. Только что она сидела спокойная и уверенная, а после вспышки буквально источала густую, вязкую ненависть.

Словно кто-то на мгновение подменил милую Занозку на злобную ведьму.

Но девушка взяла себя в руки. И совершенно спокойно ответила матушке. Чем, естественно, распалила её ещё больше.

– Действительно? – насмешливо подняла бровь герцогиня, – Прикрывать спину? Да что вы можете об этом знать?

То, что она скажет дальше не понравиться ни мне, ни Софье. Знал это точно. Елизавета Павловна в минуты гнева любила терзать мою старую рану.

Именно поэтому я поднялся со стула и потянул Занозу за руку. Она с недоумением уставилась на меня.

– Пожалуй, ужин можно считать оконченным, – мягко произнёс я.

Софья понимающе кивнула, поднялась.

– Нет уж! Мы не закончили дискуссию, – голос матушки стал холоднее, а взгляд прожигал спину, – Однажды одна такая же умница-разумница пришла в наш дом и принесла несчастье своим вывертом и псевдопониманием благополучной семьи! А потом погибла, навсегда разбив моему сыну сердце…

Только тепло руки Софьи удерживало меня от погружения в болезненные воспоминания.

Замер, казалось, всего на мгновение, уже хотел обернуться и высказать герцогине всё, что думаю. Но встретился взглядом с глазами девушки. Ярость, что секунду назад распирала грудь, отступила.

– Ты не права, – я повернулся к матери и посмотрел ей в глаза.

Елизавета Павловна нахмурилась.

– В чём?

– Не навсегда. Иногда и некроманты способны залечить смертельные раны, хоть это и не их специализация.

Гостьи матери затаили дыхание. Сама Елизавета Павловна открывала и закрывала рот как выброшенная на берег рыба, но так и не смогла подобрать слов. Мою метафору она прекрасно поняла.

Я же развернулся, крепче сжал руку Софьи и потянул её к выходу. До самой её опочивальни мы шли молча. Остановились у двери.

– Пожалуй, моя идея была глупой. Не стоило привозить вас сюда. Простите меня…

Так и не смог отпустить её руку, словно мир рухнет, если сделаю это.