Он написал его собственноручно на стандартном листке писчей бумаги, а засвидетельствовано оно было дворецким Доусоном и камердинером Коллинзом. Согласно этому завещанию, он оставлял все своему внуку Марку, а если тот не сможет по каким-либо причинам вступить в права наследства, оно переходило его внучке Ширли. Из всего этого я сделал вывод, что Джаспер Фонтейн лишь незадолго до смерти узнал об их существовании. Или, возможно, просто передумал в пользу брата и сестры. Такое тоже случается. Вся его собственность переходила Марку Фонтейну, а сумма в десять тысяч фунтов – его племяннику Бэзилу, который, согласно предыдущему завещанию, должен был унаследовать все.
Я выяснил, что Джаспер Фонтейн скончался через пять дней после этого, а потому сей документ не успел попасть к стряпчим. Очевидно, Джаспер Фонтейн, очень торопился, знал, что смерть его близка. Как именно, я не знаю, но завещание оказалось в руках двух его слуг. Видимо, они решили порвать его на две половинки и спрятать. Дворецкий хранил у себя одну половинку, а камердинер – вторую.
Бэзил Фонтейн унаследовал все состояние Джаспера, согласно предыдущему завещанию, и наверняка эти двое стали шантажировать его. Показали новое завещание и потребовали вознаграждения. – Тут он умолк и взглянул на Ширли. – Ты должна рассказать нам, почему к тебе обратился Доусон.
– Думаю, он просто боялся Коллинза, тот хотел прибрать к рукам и вторую половинку. На меня Доусон произвел впечатление человека робкого, ему не слишком подходила роль шантажиста.
Я не знаю, каким образом ему удалось нас разыскать. – Девушка покраснела. – Видите ли, мой отец был… не слишком достойным уважения человеком. Когда он умер, мама уехала из Йоханнесбурга и взяла себе фамилию Браун. После ее смерти мы с Марком носили ту же фамилию, Браун, и вскоре переехали в Англию. У меня не имелось причин гордиться настоящей своей фамилией. А Марку было все равно. Тем не менее Доусон каким-то образом разыскал нас. И написал письмо Марку. Очень странное то было письмо, с недомолвками и намеками на существование наследства в его пользу, в нем Доусон также предупреждал моего брата о разных опасностях.
Сейчас оно лежит в банке. Я подумала, что лучше держать его там. Марк считал, что все это обман и ерунда какая-то. А вот я так не считала. Приехала в Верхний Неттлфолд и стала узнавать, не сдаются ли где меблированные комнаты. Нашла коттедж «Плющ» и сняла его. Сочла, что он больше нам подходит… из-за пагубных… привычек Марка.
