– Уж и не помню, когда я так радовался чему-то, мистер Эмберли! Вы настоящее чудо, сэр, да, самое настоящее чудо, вот что я вам скажу!
Фрэнк рассмеялся:
– Перестаньте, Губбинс! Вы просто в краску меня вгоняете. Лучше расскажите, что произошло с вами.
Радостная ухмылка тотчас исчезла с лица сержанта, ее сменило выражение крайнего отвращения.
– Да, хороший вопрос, сэр! «Моторка ждет!» Ждать-то она ждала – вот только ни капельки горючего! Когда вы сорвались с места и вышли в море, я схватил этого Пибоди за грудки и сказал, чтобы он пошевеливался.
Ну вот, мы с ним и отправились вверх по речке, вдвоем, туда, где, как он сказал, у него стоит наготове моторка. У Пибоди была припасена и маленькая гребная лодка, на которой мы должны были добраться до той моторки. Лично мне совсем не нравятся эти шаткие лодчонки, на крупных мужчин, как я, они не рассчитаны. Но что поделаешь, долг есть долг, и я в нее забрался. Пибоди сел на весла, стал подгребать к этой самой моторке, но устроил по дороге целое представление, отпуская скабрезные шутки о разных там толстяках, чего я терпеть не могу.
Не привык, чтоб со мной так разговаривали, и никогда не смирюсь! Эти шуточки, они, знаете ли, не способствуют, сэр, нет. Короче, подплыли мы к моторке, встали рядом. И этот тупоголовый баран даже не предупредил меня, когда я стал перелезать в моторку, только потом вспомнил, что забыл заправить ее горючим. Да, можете смеяться сколько угодно, сэр! Не сомневаюсь, вам бы понравилось такое зрелище – крупный мужчина перелезает из одной лодки в другую, а утлая лодчонка так вся и ходит ходуном, качается, подпрыгивает на волнах и ускользает из-под ног.
И все благодаря этому идиоту, который даже не озаботился хоть немного, с полминуты, придержать ее!
– Боюсь, что Пибоди решил немного поиграть с вами, сержант.
– Если б тогда мне пришло такое в голову, – вскипел Губбинс, – не знаю, сэр, что бы я с ним сделал! Хоть я по натуре человек сдержанный, сэр. Даже очень сдержанный, точно вам говорю. Ну, короче, он вдруг вспомнил, что не залил горючее, как я уже говорил, и мне пришлось перебираться обратно, из моторки в лодку.
И я так и не понял, сэр, что хуже – выбираться из этой скорлупки или снова садиться в нее. Как бы там ни было, но я в ту лодчонку перелез и велел этому кретину Пибоди пошевеливаться и быстро грести к пристани. В тех обстоятельствах это было лучшее решение, сэр, поскольку от моторки проку нет, а переправляться через речку все равно надо.
