Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Облил Вышеслава Велерека Громадину при помощи отвлекающего заклинания — то есть как минимум достоин уважения и ответных военных действий. И он их получит.

В это время откуда-то снизу раздался длинный вопль. И, по-моему, он не мог принадлежать мальчику

— Либо форточка, либо дверная ручка. И, наверное, один из лакеев, — задумчиво выдал Выш. — Не переживайте, госпожа. Я отобью у маленького ловкача интерес ко всей этой ерунде. Он у меня займется чем-то более серьезным, в соответствии с возрастом.

Мне стало любопытно.

Он хотел брать с Френсиса плату за безопасное нахождение в комнате или же намерен его воспитывать? Несмотря на отсутствующие манеры и лепреконские замашки, мой Выш часто вел себя, как курица-наседка.

Через открытое окно услышала шаги по насыпной дорожке, осторожно выглянула и поймала взглядом широкую спину. Конвей садился в экипаж и уже успел переодеться. Он сменил длинный сюртук цвета темной ежевики на более строгий, черно-оливковый.

Не сомневаюсь, что герцог — один из главных законодателей столичной моды.

Он смело отказался от черного экипажа и ездил в махагоновом, из породы дерева с красным оттенком.

Я отпрянула раньше, чем Сноу, самостоятельно закрывая дверную створку, поднял глаза к окнам моей комнаты. Не удивлюсь, если он уловил мой взгляд даже спиной; от этого чувство беспомощности вернулось с новой силой.

— Мда, разве подумаешь на такого франта, что он демон? — поддакнул Выш, уловив перемену настроения. — Хотя, может, владыку копирует. Тот, говорят, предпочитал не демонстрировать силу, маскировал ее под элегантность.

Мне почему-то оказалась неприятна мысль, что Сноу притворялся. И я едва удержалась, чтобы не выступить в его защиту.

— Да бросьте вы так переживать, госпожа, — не унимался лепрекон. — Но я бы на вашем месте сказал ему правду. Что вы не просто девушка-наемница, на которую набросился высший демон… Я бы показал метку призыва пары и объяснил, как было. Что высший похитил и тут же напал… И вы с тех пор одна-одинешенька, без памяти, без надежды. Он же известный борец за права попаданок.

Глядишь, переубивают друг друга, а вы получите свободу.

В доме Сноу это звучало еще хуже, чем если бы мы обсуждали подобное в «Лепестках».

— Выш, ты же знаешь, что одно дело запретить ритуал на своей земле, а другое —мешать верховному демону продолжить род. Конвей не имеет на это права. Если решится, его мальчик останется сиротой. Да и зачем ему это? Он на месте, приносит пользу, а такая самоубийственная схватка ничего не даст.