Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Или внуке…

— Ты на что намекаешь? — зло посмотрела на него Гекуба.

— Мы не станем обсуждать это дальше, царица, — оборвал ее я. — Решение принято. Твой сын умен, и за это я ценю его. Он займет высокое положение в новом царстве. А вы вместе с семьей покойного царя поедете со мной. Собирайте вещи и рабов. Не больше пяти на каждую из жен.

— Ты не унизишь меня так! — Гекуба даже почернела от гнева. — Ты не посмеешь!

— Я бы взял больше народу, — развел я руками, — но у меня пока тесновато. Вы поплывете со мной.

Это решено.

— Я никуда не поеду! — завизжала Гекуба. — Я…

— Ну же! — ободряюще произнес я. — Продолжай, я слушаю. Что ты? Погрозишь мне пальчиком? Кто и что может мне сейчас помешать, царица?

— Мне нечего больше здесь делать, — Гекуба резко встала, ожидая, что ее остановят. Не дождалась и вышла с высоко поднятой головой. Она все же умна, и не станет унижаться дольше необходимого.

— А ты не уйдешь вместе с матерью, о воистину дорогая моя сестра? — я с легкой улыбкой посмотрел на Кассандру.

Ее брови взлетели вверх в удивлении. Царевна пыталась понять, почему я сделал такой сильный нажим на слово «дорогая». Она поняла и посмотрела на меня растерянно.

— Я, пожалуй, останусь, мой царственный брат, — выдавила, наконец, она из себя, а потом несмело добавила. — Неужели оно того стоило?

— Надеюсь, — хмыкнул я. — Все же пришлось огромную кучу добра отдать. Аж душа с телом расстается, как подумаю.

В зале установилось неловкое молчание. Никто ничего не понял, кроме брата Кассандры, и теперь он рассеянно смотрел вдаль, пытаясь осознать, чем ему придется платить за подобную доброту.

Остальные лишь старались осмыслить сказанное, но у них явно не получалось. Им и в голову не могло прийти, что эти двое стоят столько.

— Уйми царицу по-хорошему, — повернулся я к Антенору. — Твоя жена — сестра ей, вот и пусть пошепчется с ней по-родственному. Иначе я сошлю ее на какой-нибудь скалистый островок, где она закончит свои дни, разговаривая с козой.

— Уйму, — склонил голову Антенор.

— Государь! — в мегарон ворвался один из сыновей Сосруко, стоявший на страже. — Ахейцы уходить!

— Как ушли? — я даже привстал. — Но ведь ночь! Коня!!!"

"Я был на берегу уже через четверть часа. Произошло то, чего я не ожидал. Агамемнон просчитал меня, как ребенка, и ушел по темноте. Долго ли столкнуть корабль в море, если загрузил его засветло. Минут пять примерно. А потом полная луна тебе в помощь.