Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Крепость Аламут

Мясо и плов, кутабы и самса, пышные пироги и душистый лаваш, фрукты и шербеты, и даже вино украшали стол в трапезной Хасана ибн Саббаха. Сам хозяин сквозь прищуренные веки внимательно следил за своим гостем – посланником французского короля графом де Котье, который официально прибыл, чтобы заключить союз против сельджукидского султана. Но Ибн Саббах видел людей насквозь и понял, что есть у него еще одна, быть может, более важная задача: своими глазами увидеть, что представляет из себя Старец Горы и какая сила стоит за ним.

Потому что Филипп І, как и многие другие владыки мира, боится его беспощадных и всепроникающих стрел – ассасинов!

Граф с самого начала был немного напряжен, но добрая встреча и благожелательная беседа его успокоили. А поскольку он проголодался в дальней дороге, то с интересом оглядывал богатое восточное угощенье.

– Прошу, граф, отведайте даров государства Аллам, – на неплохом французском обратился ибн Саббах к посланнику. – Аллах не велит нам пить вино, но мы с удовольствием угощаем им гостей.

– Да, да, – поспешил согласиться гость. – Мне это известно. Но вот что удивительно: Аллах запрещает пить вино, но разрешает потреблять гашиш и опий. А ведь эти зелья куда сильнее действуют на человека. Чем можно это объяснить?

– То ведомо лишь Аллаху, – ибн Саббах слегка улыбнулся и развел руками. – Наверное, тем, что гашиш и опий – лекарства. В лечебных дозах они поддерживают тело и врачуют душу. Но не верьте россказням, что мои подданные всегда одурманены гашишем.

Это слухи, разносимые злыми языками врагов. Которых мы без жалости уничтожали и будем уничтожать в дальнейшем!!

Последнюю фразу он выкрикнул во весь голос, и глаза его сверкнули бешеной яростью, как будто злейший враг находился здесь, перед ним. Граф даже вздрогнул: он был наслышан о Старце Горы и потому знал, что тот может в любой момент приказать содрать с него кожу, набить чучело и отправить пославшему его королю!

Безмолвный слуга положил гостю на простую тарелку дымящуюся баранину, налил в медный бокал вина из стеклянного графина, придвинул пряности и острые приправы.

"– За успех моей миссии и союз светлейшего короля Филиппа с лучезарным Хасаном ибн Саббахом! – провозгласил тост француз, залпом выпил и с аппетитом набросился на еду.

Но вдруг он остановился и уставился на Шейха, который сидел с пустой тарелкой и, отщипывая по кусочку, не торопясь, жевал черствую лепешку.