— Вот вам, твари!
Третьего залпа не последовало — противник сократил расстояние до пятнадцати шагов. Человеческих шагов. Для сгархов — три сильных прыжка. Отбросив арбалеты в снег, ниргалы выхватили из ножен мечи и вышли вперед, готовясь принять на себя первый удар. Я встал между ними. Сегодня мое место здесь — в первом ряду.
Подскочивший Тикса резко взмахнул рукой и метнул в морду сгарха испещренный загадочными символами гномьего языка камень. На таком расстоянии трудно было промахнуться. С глухим шлепком камень врезался в покатый лоб зверя и с треском разлетелся на куски.
Зик-кдахор. Метательное оружие Подгорного народа на этот раз подвело — резко остановившийся сгарх уцелел и со злобным рыком замотал окровавленной мордой. Второй зверь не замедлил хода и с оглушающим ревом налетел на нас. Сидящий на спине сгарха наездник спустил тетиву лука. В меня с глухим стуком стуком врезалась стрела, переломившись от удара и отлетев в сторону. Я даже не пошатнулся.
Сгарх с молниеносной скоростью крутнулся на месте, и одного из ниргалов сбило с ног ударом когтистой лапы.
Второй ниргал бесстрастно шагнул вперед и полоснул мечом, глубоко взрезая шкуру зверя, а заодно и ногу его наездника. И тут же воина сокрушил мощнейший удар второго сгарха, буквально вбивший его в снег. Оправилась таки зверюга. По броне придавленного ниргала заскрежетали клыки, стараясь вскрыть железную скорлупу. Дальнейшего я уже не видел.
Перестав быть сторонним наблюдателем, я отрешенно шагнул вперед и с ледяным спокойствием вонзил меч в опущенную шею сгарха, что продолжал терзать ниргала.
С силой навалился всем телом, погружая лезвие еще глубже в неподатливую плоть, стараясь задеть и рассечь позвонки. С ревом сгарх вскинулся на задние лапы, орошая снег льющейся из пробитой шеи кровью. Меня сотряс чудовищный по силе удар, пришедшийся по груди, и я почувствовал, что лечу спиной вперед… вместе с истошно верещащим гоблином. Сбивший с ног и откинувший назад удар вместе со мной сорвал со спины зверя «поводыря», чья окровавленная нога до бедра была опутана ледяными щупальцами.
Тяжело рухнув в снег, я невольно вскрикнул от пронзившей затылок боли — с силой приложился им о собственный шлем при падении. В голове помутилось. Тяжело перевернувшись, я с трудом поднялся на колено и едва не рухнул вновь из-за сотрясающих меня беспорядочных рывков. В шаге от меня пронзительно выл катающийся по снегу шурд, стараясь сбросить с себя ледяные отростки, стремительно погружающиеся в его тело.
