Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Птица Кецаль разбилась о выставленную перед ней преграду и, поднимая зимнюю вьюгу, тысячью перьев-мечей разлетелась на расстояние в тысячи и тысячи километров.

Люди, которые видели небо в тот вечер, сочли, что им посчастливилось увидеть самый причудливый звездопад.

— Контрат…

Слова командира Воронов захлебнулись. Генерал, только что использовавший против них чудовищную технику, исчез. Он только что стоял в центре изрядно поредевшего круга, а в следующее мгновение его там уже не оказалось.

Белоснежно-синий покров тумана, ставший ему плащом, оставил за собой едва заметный призрачный след, а сам Безумный Генерал уже переместился к вражескому офицеру.

Закованному в латную броню воину, держащему перед собой осадный щит и короткий, тяжелый клинок.

Ударом левого кулака, Генерал разбил перед собой окутанную энергиями и техниками преграду. Ударная волна расширяясь невидимой сферой отбросила в сторону фанатиков, а сам офицер с недоумением смотрел на свою сломанную руку.

Что за чудовище они встретили, раз оно было способно голой рукой разбить Императорский артефакт, укрепленный Божественной техникой и терной.

В следующее мгновение офицер не думал уже ни о чем. Та самая рука, что разбила его щит и раздробила кости, подняла его за горло над землей и дикий рык оглушил его и на мгновение лишил сознания.

Когда офицер очнулся, то увидел прекрасный и столь же опасный синий клинок, в рунах и узорах парящей сквозь облака птицы. Острие меча застыло в дюйме от его сердца.

Генерал, смотря в глаза фанатику, внезапно осознал, почему его узник и его вечный противник внезапно решил помочь.

Перед внутренним взором воина пронеслись сцены прошлого. Как когда-то давно, еще будучи юнцом, он сражался с одной из Воронов в таверне в Даанатане.

Когда его клинок — Хищный Клинок, оборвал жизнь той женщины, то впитал в себя осколок души Черного Генерала, запертого в фанатике.

Да, это сделало сильнее и меч и самого Хаджара, но слишком высокой ценой. Ибо одновременно с этим сильнее стал и его узник.

Тридцать Воронов… если он позволить своему мечу столь вожделенным им пир, то кто знает, насколько станет могущественнее Враг и к чему это приведет.

– Хороший план, — только и произнес Генерал.

Его меч вспыхнул светом терны и поток секущего, холодного ветра разбросал по небу крупные рубины. Фонтан крови прыснул из рассеченного надвое тела офицера Воронов, так и не успевшего даже меча поднять, чтобы защититься от удара.

Но битва продолжалась.