Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И то, что он был способен читать заклинания и призывать истинные слова быстрее, чем некоторые обнажали клинки – внушало не просто уважение, а что-то сродни мифическому восхищению.

Как бы Аглен не относился к своему младшему сыну, но нельзя было отрицать очевидного – Артеус родился гением. Возможно таким, что появляются на свет всего раз на десяток эпох.

– Яркие Звезды, – Аль’Машухсан осенил себя священным знаменем своей родины. – мне чудится или он и вправду настолько хорош.

– Вы можете нападать сколько угодно, мастер, – Артеус выпрямился.

Он опирался на посох и полы его робы развевались на ветру. – но только в том случае, если вы решите меня убить – только тогда вам удастся разбить мои заклинания.

Хаджар повернулся к Лэтэе. Та выглядела ничуть не менее удивленной, чем и сам Хаджар. Он, конечно, ожидал, что мальчишка был способен. Но чтобы настолько…

– Значит можно переходить ко второй части нашей дуэли, – Хаджар достал из-за голенища простой нож из смертной стали и, пока все были слишком шокированы увиденным, ослабил тело и вонзил его себе под сердце.

– Что ты делаешь?!

– Мастер!

К нему одновременно бросились Аль’Машухсан и Лэтэя, но Хаджар остановил их взмахом руки, а затем оперся на вонзенный в землю меч.

– У тебя есть полторы минуты, парень, – тяжело произнес он. – после этого я потеряю сознание, мой контроль над телом ослабнет, и рана закроется. А когда я проснусь, то лично отведу тебя обратно в город.

– Но…

– Я не стану подвергать честных и достойных воинов смертельной опасности из-за прихоти мальчика-волшебника.

– Вы не поняли, мастер, – покачал головой Артеус. – что я должен сделать.

Вместо ответа Хаджар указал на запад. Оттуда к ним, разгоняя облака огромными крыльями, летела Громовая Птица. Небожитель первой стадии – равная по силе пиковому Небесному Императору.

– Убей её, потому что, поверь мне, она не станет думать дважды, перед тем как отправить всех нас к праотцам, а меня – в первую очередь.

Глава 1548

— Ты действительно Безумен, — прошептала Лэтэя, попытавшаяся оказать Хаджару поддержку, но тот лишь отстранился в сторону.

Это была их с Артеусом дуэль… а может, дуэль Хаджара с собственной совестью и завистью. Завистью, потому что он, в свое время, не смог сказать тех слов, что сейчас произносил молодой Лецкет."

"Приближение птицы он ощутил еще с ночи. Его техника шага Белой Молнии, для завершения которой ему не хватало ядра именно этого зверя, служила своеобразным ориентиром при их приближении.