Недовольный Степанов оставил меня в покое, но пообещал на прощание, что завтра, а точнее уже сегодня, мы с ним встретимся и даже уточнил время, которое приходилось на 11 утра. Он также настоятельно советовал прихватить с собой Наташу и угрожал в противном случае страшными карами вплоть до ареста на трое суток. Я чуть не фыркнула ему прямо в лицо. Он думает напугать меня тремя сутками! Это меня, которой светит не меньше трех лет при самом благоприятном раскладе в суде!
Степанов еще что-то говорил о гражданской чести или бдительности.
О том, что милиции в раскрытии преступлений надо помогать тогда, когда она, милиция, в этом нуждается, а не тогда, когда некоторым взбредет в голову. Это был явный валун в Наташкин огород. Он говорил, что сейчас наступил именно такой момент. Момент, когда Наташа может помочь разоблачить целую банду, потому что он, Степанов, чувствует, что мы с Наташей владеем ценной для него информацией, но из вредности не желаем ею поделиться с ним. Я просто из вредности, а Наташа еще вдобавок из мстительных побуждений.
— Для мести сейчас самый неподходящий момент, — разглагольствовал Степанов. — Мы должны объединить мои силы и опыт и ваши сведения для борьбы с преступниками, но если вы будете упрямиться, то я найду средства развязать вам языки. Даю вам время до завтра. В одиночку вы не добьетесь успеха. В лучшем случае спугнете преступника, а в худшем можете погибнуть. Слышишь меня? Погибнуть!
— Не пугайте меня, — с достоинством отозвалась я, — и так страшно.
Кажется, его успокоило мое признание.
Мужчины почему-то остерегаются бесстрашных женщин, которые могут сами водить машину и вылезти из машины тоже могут сами. Слишком самостоятельных и независимых они тоже недолюбливают. Стоит мне им сказать, что я все уже давно поняла и справлюсь дальше сама, они начинают смотреть на меня, как на нечто из ряда вон выходящее, как на монстра. До них просто не доходит одна простая вещь, что если у женщины голова на плечах, то в ней по закону природы, единому для всех живых существ, находится мозг, который по количеству извилин и объему серого вещества не уступает мужскому.
Нет, конечно, теоретически они это признают и понимают, но когда доходит до дела, то они говорят себе: «Да, у женщин есть мозги, но бывают же исключения из правил, и, конечно, вот у этой милой девушки, что сейчас сидит рядом со мной, в голове пусто». Не может же быть, чтобы одним все — и очаровательная головка, и ум в ней, а другим только лысина на макушке.
