Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Каждая паутинка полупрозрачна, очень тонкая, но прочная. Это не эльфийская веревка и не гномьи цепи, но ощущение именно такое – каждая паутинка очень прочна. Но слишком большой вес не выдержит. Тощего эльфа – точно выдержит. Меня – может быть. Бома – наверняка нет. Мамонта – стопроцентно нет.

- Сюда-а-а… сюда-а… и сюда-а-а… - клубок легко разместили у меня на груди наподобие небольшого рюкзака – Прилепляй по несколько-о-о каждые три-четыре метра-а-а…

Не желая терять времени на расспросы, я кивнул, переглянулся с Доком, уцепился за приглашающе торчащий камень и начал подъем.

Преодолел одним рывком первый десяток метров, не забывая цеплять паутинки к скале – прилеплялись они легко. Потом глянул вниз и удивленно выпучил глаза на продолжающего стоять внизу Дока, даже не подумавшего лезть следом за мной.

- Ты чего?

- Мы за тобой, босс – заверил меня лекарь, демонстративно разминая плечи – Вот-вот…

- Ну-ну…

Спустя еще двадцать метров уверенного восхождения, я уперся в настолько выглаженный цифровыми ветрами участок скалы, что руки скользили по камню и не находили ни единой зацепки.

Пришлось воспользоваться заклинанием «лозы», чтобы преодолеть вертикальный ледовый каток, благо запасов маны у меня много, можно висеть на «лозе» очень долго. Паутинки выданные эльфом цеплялись без проблем, хотя меня начало мотать из стороны в сторону как маятник, то и дело ударяя мною о утес. Ветер... Здесь начиналось царство порывистых ветров кружащихся вокруг величественного утеса как невидимая карусель.

Или центрифуга. Порой меня отрывало от скалы, и я болтался в воздухе держась обеими руками за тонкую растительную плеть, молясь, чтобы она не порвалась и не отлепилась от скалы – у каждого подобного заклинания есть свой предел прочности. Еще через десять метров пришлось воспользоваться сразу двумя «лозами». Выглядел я при этом как копия знаменитого парня в красно-синем трико любящего прыгать с небоскребов и мостов на паутинной тарзанке.

Только я был очень неуклюжей копией знаменитости и матерился при каждом порыве или тычке ветра столь громко и грязно, что детям такую непотребщину слушать точно нельзя.

Попав в узкую расщелину, неплохо защищающую от вконец обнаглевшего ветра, я отдышался, позволил шкале усталости побледнеть, уйти из опасной зоны полного паралича. Подъем выматывал – когда держишься за лиану и тебя мотает на ветру как знамя армии придурков, устаешь очень быстро.