Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Меня интересуют ваши взгляды на образование, особенно для женщин. Вы познакомитесь с сэром Томасом Мором, который обучает своих дочерей так же, как сыновей. Будучи наслышан о вашей репутации, он порекомендовал вас королю и мне.

Мужчина в темной, подбитой мехом накидке, какие носят ученые, сел напротив Екатерины.

– Я большой поклонник сэра Томаса Мора и благодарен ему за то, что он рассказал обо мне вашему величеству. Он показал всему миру, что образованная женщина скорее сохранит добродетель, чем та, что посвящает время писанию любовных писем!

Екатерина снова улыбнулась:

– Моя мать, королева Изабелла, придерживалась тех же взглядов, за что я ей очень благодарна.

Я сама обучила свою дочь-принцессу письму и катехизису, но не имею достаточного опыта, чтобы стать для нее наставницей в дальнейших занятиях. Это подводит нас к причине, по которой его величество и я просили вас приехать сюда. Мне известно, что вы останетесь в Англии на некоторое время для чтения лекций в Оксфорде, но я хотела бы просить вас составить расписание занятий для моей дочери-принцессы.

Строгое лицо Вивеса осветилось радостью.

– Мадам, почту это за честь для себя. Во всем христианском мире нет королевы более известной своей образованностью, чем ваша милость.

За неделю Вивес с помощью королевы написал программу обучения: Священное Писание, древние классики, история. Романы были запрещены.

– Они приучают к легкомыслию, – объяснил Вивес, – принцесса получит больше пользы от поучительных историй, таких как «Терпеливая Гризельда».

Екатерина знала эту новеллу из «Декамерона» Боккаччо о женщине, которая вынесла много горя и унижений от своего мужа и тем не менее продолжала любить его. Пожалуй, заложенная в ней мораль послужит хорошим примером для Марии.

При обсуждении расписания занятий Вивес пылал энтузиазмом.

– Доктору Фетерстону можно поручить общий надзор за образованием принцессы, но латыни ее учить буду я.

Ричард Фетерстон, тихий, набожный человек, был духовником Марии и блестящим ученым.

– С переводами я помогу Марии сама, – сказала Екатерина.

На душе у нее было тепло оттого, что этот испанский профессор так глубоко вникает в дело и полон радостных надежд.

– Прекрасная идея, мадам, – согласился Вивес. – Она многое приобретет благодаря эрудиции вашего величества.

Свой труд он посвятил Екатерине. «Воспитывайте Вашу дочь в соответствии с этими принципами, и они ее сформируют, – написал он. – Она будет живым напоминанием об образцах честности и мудрости».