Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

М-да, надо за языком следить, а то он «разберётся» на свою и на мою голову…

Глава 24

Сегодня в меню рассольник, благо, что огурцы тёть Верины остались, и макароны с сосисками. Почти общепит, но на большее меня просто не хватает! И так за окном уже темень, а я только первое сварила. И, как эти семейные дамы, у которых ещё в придачу семеро по лавкам, всё успевают?

— Давай поедим, Берти, потом перевязки надо сделать, а дальше продолжишь посвящать меня в свои дворцовые интриги.

Он поддерживает сразу,

— Так вкусно пахнет, Тань, сейчас слюной захлебнусь! — надо же! Тань! Где бы записать!

— Да ладно, всё на скорую руку, льстец! А ещё герцог!

— Да уж, какой герцог! Не знаю, кто я теперь…

Обедаем, а мне не терпится узнать ещё кое-что. Как только возникает пауза, пока разливаю чай, перехожу к делу,

— Тебя там ждут? Ну, кроме отца кто-нибудь?

— Герцогини нет! — вот так, с места в карьер, — и не было.

— А, как же вот это? — изображаю корону, в аккурат так, как он мне изобразил при первом разговоре, когда я сама спрашивала и сама же, отвечала.

— Это — корона! — сразу признал.

— Я догадалась! А кому она принадлежит?

— Ми джениторе! Папе! — радостно отвечает, — а потом мне перейдёт! Если домой вернусь, конечно! Других сыновей у него нет.

— А, что ты имел в виду, когда показал это? — Костик явно тупит! Или изображает, что тупит! Мне быстро надоедает его недопонимание, приходится резать прямо, — невеста есть? Принцесса там, какая-нибудь? Ты кого-то любишь?!

Он просиял тут же,

— Тебя, моя богиня! — вот сказал бы — Таня, поверила, а так опять за своё идолопоклонство принялся.

Ну, это понятно, — соглашаюсь. Матерь Божья, я уже соглашаюсь! Ни хрена от него не добьёшься, — чай остывает, пей. Вот печенье, и займёмся тобой всерьёз.

Там у него, наверное, баб целый гарем остался, и принцесс караван стоит у ворот в очередь на руку и сердце, а я со своими глупостями лезу! И ведь не спросишь вот так в лоб,

— Костя, я тебе нужна? Как женщина, как жена! Нужна? — а он чаёк прихлёбывает и произносит мечтательно,

— Вот если бы у меня было право на одно желание, я бы знаешь, что загадал?

— Что? — сейчас выдаст!

— Только не убивай!

— Обещаю! — мне вообще, легко пообещать не убивать.