Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сегодня с утра вам принесли несколько писем с соболезнованиями, они в кабинете господина Тобиаса. Госпожа Аделаида чувствует себя гораздо лучше, и ещё… садовник и повариха спрашивали про жалование, они работают уже полгода, только денег не видали… господин Тобиас говорил, что пока у вас трудности. Но он всё оплатит в скорости."

"Девчонка говорила торопливо, глотая слова и опасаясь, что я начну кричать или того хуже, кину в неё чем-нибудь тяжёлым. Я кивнула, сообщая, что их требования законны и деньги будут выплачены в полном объёме.

Агата повеселела, из глаз ушёл испуг.

Я оттягивала решение вопроса с похоронами Тобиаса, как только могла. Вообще, я бы предпочла его закопать за забором, но что-то мне подсказывало, что власти города такого решения не одобрят. Роясь в письмах в очередной раз, теперь для того, чтобы отыскать адрес неведомой мне «почтенной семьи Дарк» и сообщить ей печальную весть о гибели их родственника, я снова наткнулась на своё свидетельство о заключении брака, и о смерти моих родителей.

И они оба были заверены неким уважаемым Николасом Бруном. Интересно, это семейный поверенный или просто известный нотариус? В любом случае, его адрес в документах есть, думаю, что его консультация будет мне полезна.

Тем более, что всю заказанную на рынке обувь мне уже доставили, и мне теперь не страшна пешая прогулка. Мне-то не страшна, а вот Агате? Конечно, обувь у неё теперь есть… я занырнула в глубину своего гардероба и вытащила оттуда невесть как оказавшуюся та дублёнку явно не моего размера.

Ну что ж, зато мне есть, кому её подарить.

- Кстати, что это за гора высится у нас в холле, Агата? – спросила я, выходя их дома.

- Это ваши покупки, госпожа! – ответила Агата, тихонько поглаживая обновку – Посыльный принёс вечером из магазина, только у нас такое горе, не до цветочков!

Я наморщила лоб – точно, я же в каком-то цветочном магазине вчера купила что-то на колоссальную сумму. Надо бы потом посмотреть, что там, может, саженцы какие-то?

Пока мы дошли до красивого дома с медной табличкой, сообщающей о том, что здесь располагается нотариальная контора, то Агату переполняла благодарность, а меня – усталость в ногах.

- Ещё немного, ещё чуть-чуть, последний бой – он трудный самый! – бормотала я, карабкаясь по высокой лестнице.

- Что? А, да, госпожа! Малеф, наш кучер, сказал, что к завтрашнему дню карету уже починят, так что вам не придётся больше так долго прогуливаться.

- Угу! – пыхтела я.