Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Вашу ж… опять переборщил… Или это он опять так сильно отожрался?

Высоко в небе за мной появился огромный чёрный провал. Павлин на его фоне терялся и составлял лишь одну десятую часть общей высоты.

Всё вокруг потонуло в тишине. Из мира словно пропали абсолютно все звуки.

Посмотрел на противника. Он застыл с открытым ртом, смотря вверх.

Ладно. Что сделано — то сделано. Я махнул рукой в сторону приближающегося павлина и произнёс:

— Уголёк, выходи!

Глава 26

Брат и сестра

Во дворце императора Японии

Акихиро Хинодэ открыл глаза и увидел нависающую над ним жену.

— Что… со мной случилось? — тихо спросил он, ощупывая живот в том месте, где его совсем недавно пробил целитель.

Хоть раны и не осталось, но он всё ещё чувствовал в том месте напряжение.

— Тебя отравили, дорогой, — ответила женщина, нежно поглаживая его по волосам.

Слыша какие-то крики снаружи, мужчина полуобернулся и увидел, что зал разрушен.

— На нас напали? — спросил он, вновь принимая удобное положение.

— Да, но сейчас уже почти всё в порядке.

Основной бой идёт вне дворца.

— Вот как, — Акихиро Хинодэ присмотрелся к груди жены и нахмурился. — А где твой фамильный амулет? Неужели использовала? Всё было настолько плохо?

— Нет, — женщина едва заметно улыбнулась. — Я отдала его юноше. Сергею Вяземскому, в награду за твоё исцеление.

— Что? — император ещё больше нахмурился. — Исцеление? Разве меня не Ясуши вылечил? При чём тут тот наглый парень?

— Нет, — женщина продолжала поглаживать мужа по волосам. — Ясуши не справился, сказал, что не понял природу яда.

Если бы не тот мальчик, то… Впрочем, всё обошлось и это хорошо. А почему он наглый? Как мне показалось, он вполне обходительный молодой человек.

— Ты ещё спрашиваешь? — возмутился Акихиро Хинодэ. — Да он же к нашей дочери… как там это, на молодёжном сленге? Клинья подбивал! Во! Они там о каком-то вечере разговаривали!

Женщина громко засмеялась под негодующий взгляд мужчины."

"— Ты у меня такой молодёжный, — прекратила она смеяться. — А что до, как ты выразился, «клинья подбивал», так это не наше с тобой дело.

Ты забыл, что ты ей обещал? Аспект у нас украли давно, и ты помнишь кто это был, и именно поэтому ты решил на неё не давить. И вообще, дорогой! Подслушивать, тем более разговор дочери, нехорошо!

Император что-то пробормотал и скосил взгляд в сторону, на стоящего в отдалении слугу. Понимая, что полежать уже не выйдет, он поднялся и встал. Слуга тут же поспешил к нему.

— Император! — согнулся он в поклоне.