Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Мне наконец решили вернуть должность управителя? – прямо спросил он.

– Нет, ты больше никогда не будешь мне служить, – ответил граф и получил некоторое удовлетворение, увидев выражение полнейшего изумления на красивом лице Мэтью. – Ты совершил государственную измену и подверг опасности Дун и всех его обитателей, включая мою жену, моих детей и твою собственную жену и ребенка. Почему, Мэтью? Почему ты связался с людьми королевы? Они ведут заведомо проигранную битву. Неужели не видишь? Люди короля воспитывают маленького Якова.

В их руках Стерлинг. У них власть и сила. Мне все равно, кто правит Шотландией, пока Дун и его жители в безопасности. Ты делаешь все, чтобы нас лишили дома и крова.

– Она королева! – взорвался Мэтью.

– Мария Стюарт отреклась. С ней покончено! По моему мнению, она больше никогда не сядет на трон Шотландии. Люди любили ее за доброту, красоту, смелость, любовь к стране. Но она заключала один неудачный брак за другим. Думаю, она невиновна в убийстве Дарнли, но связь с Джеймсом Хепберном запятнала ее чистоту, поскольку враги Босуэлла были только рады бесчестить их обоих.

Думаю, что даже если бы она перешла из католической церкви в реформатскую, Нокс и его последователи все равно ненавидели бы ее. Мария Стюарт – умная образованная женщина, и это никогда не хотели признать ее советники.

– У английской королевы абсолютная власть, – возразил Мэтью. – Чем отличается от нее Мария Стюарт?

– У английской королевы нет мужа!

– А скандал с Дадли? – не успокаивался Мэтью.

– Это всего лишь ничем не доказанное подозрение, – парировал Ангус.

– А вот Мария Стюарт выставляла напоказ свои браки и любовные связи. Шотландцы ее не примут. А ты ради этого подверг нас всех опасности! Хуже того, ты мне лгал!

– Ничего подобного! – воскликнул Мэтью.

– Ты не сказал мне всей правды о связях с этими сбившимися с пути людьми, – заявила Ангус. – Я всю жизнь любил тебя. И делал все возможное во имя этой любви и любви к тебе нашего отца. Но ты предал Дун. И ничуть в этом не раскаиваешься.

Не знаю, что стряслось с тобой, Мэтью, но ты не тот брат, которого я знал.

– Каким узколобым ты стал! – с горечью воскликнул Мэтью. – Кроме Дуна, ничего не видишь! Они изгнали нашу королеву. Нашу прекрасную королеву с ее добрым сердцем, которая великодушно позволила свободу веры последователям и старой кирхи, и новой. Они захватили ее и украли сына. Почему ты не видишь, как это неправильно? Какое это зло? Почему?

– Я вижу. Но это зло, которое невозможно исправить.