Целительница моей души читать онлайн

"

"И пусть она сильно разбавлена — герцог был младшим братом деда нынешнего, то есть, уже бывшего короля, сорок седьмым претендентом на престол, но даже в нашей семье узурпатор увидел для себя угрозу. Впрочем, уничтожил он и ещё более дальнюю родню отрёкшегося короля. Вот поэтому мы должны скрываться максимально далеко — а где мы, кстати? — и выдавать себя за простолюдинов. Если нас найдут люди Тропорлайвистава — уничтожат всех.

— Меллина, что он пишет? — Аринтул попытался заглянуть во вскрытый конверт, который я так и держала, задумавшись.

«Дорогая Меллиндилана.

Если ты читаешь именно это письмо, значит, мне удалось настроить портал только на вас десятерых. Мне тяжело осознавать, что не получилось спасти остальных, и что приходится взваливать эту непосильную ношу именно на тебя, но ты сама понимаешь — другого выхода просто не было.

Сейчас вы находитесь в юго-восточной части Лурендии, практически на границе с Вертавией.

Меллиндилана, ты целитель, и в этом ваше спасение. В этой части страны маги-целители очень редки и живут лишь в городах, поэтому твоё появление станет даром для местных жителей, потому и относиться к тебе будут с уважением, уверен, они не захотят тебя терять, потому сделают всё, чтобы ты у них прижилась.

Ваша легенда: ты — вдова, четверо младших — твои дети, старшие — племянники, дети брата. Вы из Вертавии, это объяснит ваш акцент и то, что младшие дети не знают местного языка».

— Какой акцент? — даже обиделась я. — Учитель всегда меня хвалил именно за произношение!

— И у нас с Веллитой по лурендийскому всегда был высший балл, — брат тоже оскорбился.

Лурендия — самое большое королевство нашего мира, лурендийский язык, вместе с ещё тремя, в том числе и кравенийским, будь он неладен, входил в обязательный образовательный минимум юных аристократов. И первым изучался именно лурендийский, даже тройняшки на нём худо-бедно, но объясниться могли. Это большой плюс, попади мы в любую из оставшихся двенадцати стран — изъяснялись бы с местными жителями с помощью жестов. И слова герцога про акцент — это было обидно.