Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Агата отвернулась, он продолжал держать в руках ее ладонь.

— Ты можешь у меня просить все, что угодно, Агата, все, что захочешь.

Она немного постояла, а потом осторожно высвободила руку. Ничего не хочет, упрямая девочка. Арсен снова поймал ее за запястье.

— Будешь вырываться, понесу на руках, — предупредил, крепко сжал руку и повел в дом.

***

Вчера после ужина я отказалась гулять с Арсеном. Он ничего не ответил, стиснул зубы так, что желваки заходили, и это тот случай, когда я была рада своему безмолвию. Мне не пришлось ничего объяснять, я просто отняла руку и стала подниматься по лестнице.

Арсен смотрел мне вслед, и его взгляд прожигал спину. Но я и так едва выдержала совместный ужин, и совместную прогулку точно бы не перенесла.

Я больше ему не верю. Он обещал забрать моего ребенка и отослать меня обратно к Тагиру, а потом вдруг изменил свое отношение. Выгнал Ирму, проведал Януша, принес мне завтрак. Раньше я мечтать не смела о таком, но сейчас просто не могу поверить.

Убеждена, это все тот врач, Геннадий Викторович.

Наверняка сказал Арсену, что беременным полезны положительные эмоции, что им нельзя нервничать — он мне постоянно об этом говорил. Вот Арсен и заботится о том, чтобы его ребенку было хорошо.

Я совсем не против, пусть заботится, но мне слишком тяжело находиться в постоянном напряжении, а возле Арсена по-другому не получается.

Как сегодня, когда он взял меня за руку, а я увидела на манжетах рубашки мои запонки. У меня даже ноги подкосились — все это время я была уверена, что он на них и не глянул.

Мужчины в его статусе носят дорогие пафосные аксессуары, а не самодельные безделушки.

Но Арсен носит, он даже похвалил мою работу. Сейчас бы я, конечно, сделала лучше, зато тогда я вложила в эти камни всю любовь, которая переполняла мое сердце. А люблю ли я его сейчас?

Не знаю. Я стараюсь говорить себе, что мы чужие люди, которых связывает только общий ребенок, полученный обманом. Но когда он рядом, мне хочется оказаться в коконе его рук, уткнуться носом в его могучую шею, запустить руки в густые волосы и прижаться губами к его требовательным, настойчивым губам…

Рядом с ним меня будто подменяют, я перестаю собой управлять, и мне это совсем не нравится.

Я не безвольная кукла, но только не возле этого мужчины. Наверное, он заколдовал меня, чтобы я ни к кому не испытывала ничего даже отдаленно похожего.

Только я ни за что не допущу, чтобы он об этом узнал. Даже если он каждый день будет кормить меня завтраком, как кормил меня сегодня.