Свинья в апельсинах читать онлайн

— Что случилось? — спросила у нее Мариша.

— Ты слышишь? — спросила вместо ответа ее подруга. — Кэт, ты узнаешь этот голос? Или мне мерещится?

Из-за хижины и в самом деле доносился женский смех и мужской голос. Причем женщин было много. А мужской голос был и в самом деле какой-то знакомый. Это была вынуждена признать даже Мариша. Внезапно Юлька сорвалась с места и, обогнув хижину, исчезла из виду. Кэт рванула следом. А Мариша вместе с Греем поспешили за ними.

За хижиной располагался навес, крытый пальмовыми листьями.

А в его тени она увидела картину, от которой в изумлении остановилась. В гамаке лежал Антон — пропавший и оплаканный Юлин законный муж собственной персоной. А вокруг него на циновках расположились пять африканок, одетые в национальную одежду, состоящую из бус, небольших кусочков ткани, листьев и цветов. Среди них была и та девушка с фотографии. Даже сейчас задыхавшаяся от злости Юля успела сообразить, что девушка беременна.

Антон выглядел поздоровевшим, пополневшим, загоревшим и весьма довольным жизнью.

Правда, так было до появления на горизонте Юли. При виде законной жены лицо у Антона вытянулось, а сам он сморщился и даже вроде бы загар с него слегка сошел. А когда он увидел Кэт, то расстроился еще больше. А появление Мариши и дюжего Смайла окончательно лишило его хорошего настроения.

— Как ты нашла меня? — пробормотал он, обращаясь к Юльке. — Как ты сумела?

— Это и в самом деле ты?! — произнесла в ответ пораженная его наглостью Юля. — Или у меня галлюцинации?

Похоже, что Антону очень бы хотелось быть Юлиной галлюцинацией и побыстрей исчезнуть.

Но этому намерению мешал высокий частокол, который был у него за спиной, — это сооружение уберегало жителей деревни от нападения диких зверей.

— Кто все эти женщины, Антон? — грозно спросила у него Юля, надвигаясь на мужа. — И что вообще ты тут делаешь?

— Живу, — ответил ей Антон и зажмурился.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

А в далекой Германии полицейские наконец вынуждены были признать, что дело с убийством господина Вольфа зашло в тупик.

У покойного не было врагов, не было друзей, не было денег и не было родных, которые бы на эти деньги могли претендовать. Но тем не менее кто-то все же был с ним в тот злополучный час, когда этот господин скончался. И кто-то присыпал землей тело Вольфа и положил рядом с ним дохлого попугая. Все это выглядело театральной сценкой, рассчитанной на того зрителя, который сумеет понять и оценить ее смысл.