Стервятник читать онлайн

 – Или нам с трупов башли снимать?!

Момент был решающим – он, конечно, не мог бы стрелять, начнись суматоха с истерикой… Еще и оттого, что пятнадцати патронов в обойме пистолета, безусловно, не хватило бы на всю эту ораву, а автомат годился лишь для использования в качестве дубины. Если вскочат все разом, кинутся – сомнут, массой задавят…

Не вскочили и не кинулись. В очередной раз подтвердились давным-давно открытые истины, касавшиеся психологии толпы. Их здесь человек сорок, но каждый сам по себе, зажат страхом и в герои не рвется, ситуация крайне неподходящая для того, чтобы вмиг выдвинулся вожак, даже если и присутствует среди них потенциальный лидер, не успеет себя проявить – тут вам не чистое поле и не улица, всяк сидит в глубоком кресле, как в крохотной камере…

Толстяк первым протянул черный бумажник с блестящими уголками – чуть ли не тыкая им в живот Родиону, отчаянно дергая рукой, чтобы Родион, не дай бог, не пропустил плод его стараний… Есть почин!"

"Небрежно сунув бумажник в набедренный карман, Родион прислушался.

Вокруг по-прежнему стояла тишина, выстрела никто не услышал – глухомань, стиснутая сосняком неширокая объездная дорога…

– Живенько! – приказал он. – Отдаем кошелечки и тут же – лапы за голову…

Шофер все так же сидел скрючившись, упершись лбом в черную баранку, – старательно притворялся, будто пребывает в полнейшем шоке и бесповоротно вышел из игры. Родиона такое поведение вполне устраивало. Он, отправив автомат за спину, достал пистолет и взвел курок, ничуть не работая на публику, – момент был для Сони самый опасный, она двинулась с сумкой по салону, отбирая бумажники, вполне мог дернуться какой-нибудь дурак… Могли и сзади кинуться, попытаться вырвать револьвер…

Обходилось пока.

Кто протягивал бумажник с таким видом, словно только и ждал подходящего случая с ним, клятым, расстаться, кто медлил, еще не осознав в полной мере, что Стамбул накрылся, но движимый естественной человеческой жадностью, но протестующих хотя бы словесно не нашлось, один за другим несостоявшиеся «челноки» протягивали разномастные бумажники, кошельки и прочие портмонетки, объединенные одним немаловажным качеством – толщиной, пухлостью. И, как заводные куклы, вскидывали руки к голове, сцепляя пальцы на затылках.

Ага! Шевеление, сердитый возглас – взлетевшая вверх Сонина рука, отпустившая полновесный удар рукояткой револьвера.