Причем основной удар пришелся именно на их танковые полки: 2-й и 4-й танковые полки 16-й и 13-й дивизий, соответственно. Потери техники в одном составили 85 процентов, а во втором – 68. Русские впервые массово применили кумулятивные снаряды и мины. Большинство машин выведены из строя безвозвратно. К этому стоит прибавить то обстоятельство, что еще три дивизии в апреле-мае были отведены во Францию по причине больших потерь и полного износа техники в период зимней кампании. Наступление на Кавказ, как это планировалось, находилось под угрозой срыва.
Но русские еще не догадывались, что в районе Белгорода сосредоточен основной танковый кулак: семь дивизий. К сожалению, и они оказались не готовы к наступлению в таких условиях. Их требовалось защитить от новых русских снарядов, которые предстояло еще добыть! А само поле боя уже находилось под русским контролем, которые на удивление быстро утащили к себе в тыл все подбитые машины. (Это Воронов распорядился, а новый командующий Южфронтом генерал Антонов выполнил это поручение и убрал за реку все поврежденные немецкие машины.
) Опросив участников сражения, вместе с прибывшими из Рейха специалистами, генерал Клейст распорядился устанавливать противокумулятивные экраны на всю оставшуюся технику. Такие же приказы были изданы и в остальных трех танковых армиях. Промышленность Германии в срочном порядке переделывала чертежи и начала выпуск таковых для всей бронетехники.
Такие же приготовления шли и на нашей стороне фронта: шла замена стволов в противотанковых дивизионах, проходили обучение гранатометчики и командиры отделений.
К сожалению, эта учеба не коснулась старшего командного и начальствующего состава, что сыграло свою отрицательную роль уже в начале июня."
"Дело в том, что разведка доложила о сосредоточении крупных сил противника в районе Нелидовского коридора. По уточненным данным с обеих сторон коридора противник сосредоточил четыре танковых дивизии, с суммарной численностью танков в 341 штуку, и 10 пехотных дивизий.
Курировал Западное направление генерал армии Жуков, который, недолго думая, передал первую сформированную дивизию нового штата своему другу генерал-полковнику Коневу. Дивизию мы готовили для боев в степной зоне, а ее в лес сунули! И, хотя противотанкисты сработали, и достаточно неплохо, на потери от «дружественного огня» все обратили внимание.