Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– А почему у тебя есть, а у него нет? Это как–то связано и с твоим усиленным слухом, да? Ты очень сильный, наверняка, очень, – качаю головой. – С Георгом все ясно, не может быть кто–то с низкими моральными принципами быть сильным, потому он и не способен превращаться.

– Не совсем так, Бель, ты слишком идеализируешь все вокруг себя. Должно быть, в силу возраста так происходит, – Бомон хмурится. – Но я не понимаю, почему ты ничего о нас не знаешь? Твои родители видели, за кого отдают дочку замуж, они же и были инициаторами вашего с Георгом знакомства.

Немногие пары, выбранные родителями, знакомятся заранее и проводят вместе столько времени, как вы с Георгом."

"– Да не так много на самом деле, – машу рукой, – с тобой мы уже гораздо больше времени провели вместе. А не знаю почему, – я на миг замолкаю, не уверенная, что стоит откровенничать, – это странно, ты прав. Тем более в нашем королевстве, где драконы не являются мифическим недоступным кланом. Держу пари, каждая девица, достигшая возраста посещения приемов, знает о вас чуть ли не больше, чем вы сами.

Вы выгодно отличаетесь от человеческих мужчин, чего уж скрывать.

– Спасибо за комплимент, – герцог усмехается. – Так все–таки, отчего ты не знаешь всю нашу подноготную? Настолько нелюбопытна? Или тебя на приемы не пускали?

– Не пускали, – согласно киваю, – но причина не в этом.

– Серьезно? – искренне удивляется Бомон. – За что с тобой так? Участь юной человеческой девушки и без того не очень завидна.

Большинство родителей стараются дать своим дочерям хотя б краткий миг свободы и веселой жизни. Ведь пройдет так мало времени, и девицам придется идти замуж. А там многое зависит от супруга. И даже окажись избранник достойным, все равно так не развлечешься на приеме, как во время беззаботной свободы.

– Ни за что, все со мной хорошо. И меня все устраивало, – упрямо отвечаю, а самой почему–то становится обидно.

Родители никогда не описывали светские приемы, как праздник.

Они их скорее ругали, называли скучными и бесполезными, а иногда даже опасными. И я туда не просилась, безоговорочно доверяя им.

Но теперь мне кажется, что причина моего заточения дома заключалась в уже имеющейся договоренности о браке. Они попросту боялись, что я увлекусь кем–нибудь еще или полюблю свободную жизнь, или и вовсе узнаю о любвеобильности Георга слишком рано.

Грустно.

– Ладно, не будем о приемах, – медленно произносит Адам.