Отмычка от разбитого сердца читать онлайн

— Нет, Иннокентий, и не проси! Пока я не получу свой процент, даже не заводи со мной разговор на эту тему! Прошлый раз я тебе поверил на слово и до сих пор ни копейки не получил! Так что, Иннокентий, нечего заводить…

Тут он увидел Николая, прикрыл трубку ладонью и вполголоса спросил:

— Гражданин, вам чего? Вы видите — я разговариваю! Вы видите — у меня важный разговор!

Николай молча положил перед ним раскрытое удостоверение.

Администратор побледнел, затем покраснел, глаза его воровато забегали, он буркнул в трубку:

— Перезвони попозже! — и, бросив трубку на рычаг, вскочил и выбежал из-за стола навстречу Николаю.

— Вы о чем? — удивленно спросил участковый.

— А вы по какому поводу? Не по поводу якобы имевшего места хищения продуктов?..

— Я по поводу пропавшего у вас больного, пациента психиатрического отделения Прохорова…

— А! Прохорова! — Администратор приосанился, вернулся за стол, но глаза его все так же воровато бегали.

— А обеспечить порядок в больнице вы тоже не обязаны? — перешел Николай в наступление. — На моих глазах через двери больницы входили и выходили люди, не предъявляя никаких пропусков! Проносили, между прочим, спиртное! За этим следить вы тоже не обязаны?

— Клевета! — выпалил администратор. — Мы поддерживаем порядок! А как прикажете его поддерживать, если у нас так мало персонала? Да и тот, который есть, пенсионного возраста?

— Что вы можете сказать про больного Прохорова? — перебил его Николай.

Администратор замолчал, порылся у себя на столе и, достав из стопки бумаг какой-то листок, принялся читать. Потом поднял взгляд на Николая и спросил:

— Вы вот, судя по документам, сельский житель?

— Ну да, — признался участковый, не понимая, к чему клонит собеседник.

— У вас огород есть?

— Ну, есть… огурцы там, кабачки…

— Ваши кабачки опасны для окружающих? Склонны к агрессии? Они нападают на прохожих?

— Шутите? — Участковый удивленно заморгал.

— Вот этот Прохоров, он такой же агрессивный, как ваши кабачки. Он из шестой палаты психиатрического отделения, а у нас там лежат тяжелые хроники. Мы их называем «овощами», потому что они только и умеют, что есть, пить и отправлять, извините, естественные надобности.