Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В начале антракта, когда один из барменов вынес на заплеванный пол перед сценой швабру и ведро с водой, я подошел к бару взять еще пива.

— Как обычно? — спросил Дункан, который был за стойкой. Джеми кивнул.

— Как дела, Франк? — спросил Дункан, подавая лагер и темное.

— О'кей. А твои? — сказал я.

— Сражаюсь, сражаюсь. Тебе еще нужны бутылки?

— Спасибо, не надо. Теперь у меня их достаточно для моего самодельного пива.

— Но мы с тобой еще увидимся в Гербе?

— О, да, — сказал я. Дункан поднял руку вверх и подал Джеми его пинту, а я взял мою, одновременно положив деньги.

— На здоровье, парни, — сказал Дункан, когда мы повернулись и пошли обратно к колонне.

Через несколько пинт Блевотина исполняла на бис свою первую песню, а Джеми и я танцевали, я прыгал вверх и вниз, Джеми кричал и хлопал в ладоши, и прыгал на моих плечах. Я не против танцев с девчонками, если это нужно Джеми, хотя однажды он хотел, чтобы мы оба вышли на улицу, тогда он бы смог целоваться с одной длинной. Мысль о ее грудях, прижатых к моему лицу, почти довела меня до рвоты, мне пришлось его разочаровать.

В любом случае, большинство девчонок-панков не пахнут духами, только некоторые носят юбки, да и то кожаные. Нас с Джеми толкали, пару раз мы почти упали, но мы дотянули до конца вечера без травм. К сожалению, Джеми заговорил с какой-то женщиной, но я был слишком занят, пытаясь глубоко дышать и держать противоположную стену неподвижной, чтобы беспокоиться о Джеми.

— Да, я собираюсь скоро купить мотоцикл.

Два-пятьдесят, — говорил Джеми.

Я слушал в пол-уха. Он не собирался покупать мотоцикл, потому что он не достал бы до педалей, но я бы ничего не сказал, даже если бы мог, потому что никто и не ждет, что люди говорят правду женщинам, а кроме того, я же друг Джеми. Рассмотрев женщину, я подумал: ей около двадцати, она слегка грубовата и вокруг ее глаз столько слоев краски, сколько у Роллс-Ройса на дверях. Она курила ужасную французскую сигарету.

— У маей подруги есть мотоцикл — у Сью.

“Судзуки” 185GT, раньше яе брат на ем ездил, а сейчас она сабираець на “Голд Винг”.

Бармены переворачивали стулья и ставили их на столы, сметали с пола грязь, разбитые стаканы и вялые пакеты из-под чипсов, а я все еще не чувствовал себя в порядке. Чем больше я слушал девчонку, тем меньше она мне нравилась. У нее был ужасный акцент западного побережья, я не удивлюсь, если она из Глазго.

— Не, я бы не хотел иметь такой. Слишком тяжелый. Мне бы подошла пятисотая.