— Начинать? — спросила не потому, что не знала, стоит ли мне начинать весь этот рассказ, а потому, что хотела оттянуть момент, после которого в голове Дани сложатся все паззлы в не самую впечатляющую картинку обо мне и моём прошлом.
— Передумала?
— Нет.
— Тогда начинай.
— Хорошо. Кхм, — прочистила горло, собрала пальцы в замок и зажала между коленей. Опустила взгляд в пол, чтобы не видеть, как с Даниного лица постепенно будет сползать краска. — Мне было девятнадцать, когда я познакомилась с Игорем. Тогда я ничего о нём не знала.
Для меня он был просто красивым и загадочным мужчиной, за которым я наблюдала, стоя у заднего окна трамвая. Потом мы с ним познакомились. Я влюбилась. На тот момент мама тоже была влюблена в мужчину со своей работы. Потом я узнала, что мы с ней влюблены в одного и того же мужчину. Я ничего не рассказала маме и решила просто молча уступить. Звучит, конечно… — хохотнула без капли веселья. — Ужасно. Сказала, что нам нужно расстаться, но он не отступил. Понял, что дело в моей маме и отправил её в командировку почти на неделю.
Кстати, — вскинула я подбородок и тотчас наткнулась на Данин внимательный взгляд. Серьёзное, непроницаемое лицо не выдавало никаких эмоций. Он просто слушал, вероятно, пока не спеша делать какие-либо выводы. — Если ты уже что-то себе надумал по поводу моего приезда сюда, то знай, что я поехала за тобой только ради того, чтобы избежать встреч с Игорем. Потому что я была уверена, что с твоей поездкой он проворачивает тот же трюк, что с командировкой мамы.
Но выяснилось, что и тут он оказался хитрее меня, — снова опустила взгляд в пол. — Он приходил в нашу с мамой квартиру, когда мама уехала, и я решила спрятаться от него. Спряталась у своей одногруппницы и единственной подруги на тот момент, которая, как потом выяснилось, дочка Игоря. Вилка… то есть Виола. Ты с ней тоже знаком. В общем, я сама себя завела в ловушку. Никому не рассказывала о том, что происходит между мной и Игорем, чтобы не травмировать и не потерять маму и подругу.
Но о наших отношениях они, всё равно, узнали. Сначала Вилка, а потом и моя мама, когда застала меня с Игорем у нас в квартире. Собственно, из неё она меня и выставила с вещами, сказав, что я ей больше не дочь.
— Поэтому ты с ней не общаешься? — в сухом голосе Дани не было слышно ноток осуждения или брезгливости. Но больше всего меня удивило то, что мои отношения с мамой его озадачили больше, чем отношения с Игорем.
— Да.
