А они говорят, Вадим Александрович это сам слышал и видел плевок старухи… И наверняка местные не побоятся сказать это же следакам. Следовательно, по естественному мнению следствия, вполне мог найтись человек, который это сделал или хотя бы организовал. Ничего удивительного нет в том, что произошло такое убийство… Конечно, местный след в организации убийства будет оттягиваться появлением самого Призрака. Если появился Призрак, значит, здесь что-то серьезное… Так следаки обязаны думать… И будут искать что-то со стороны, не местное – важное, веское, что привело сюда не какого-нибудь бомжа или наркомана, желающего быстро подработать в сельской местности, а профессионального ликвидатора Призрака.
Но и местные следы попутно искать тоже, скорее всего, будут, хотя и с меньшим рвением. Они не захотят упустить ни одной возможной нити. Будут искать организатора, при этом зная, кто совершил убийство, но едва ли смогут что-то конкретное предпринять, чтобы Призрака поймать. Не сумеют ничего предпринять в первую очередь потому, что уверены в естественном поведении последнего.
А какое поведение в данном случае естественно? А вполне естественным и чуть ли не обязательным должно рассматриваться скорейшее бегство отсюда сразу после завершения дела. Невозможно предположить, чтобы убийца остался на месте преступления. Это ни в какие рамки не укладывается. Объявят, естественно, на всех дорогах операцию «Перехват», будут проверять выборочно машины, вокзалы и автовокзалы. Без особой, впрочем, надежды на успех, потому что при проведении операции «Перехват» обычно ловят кучу посторонних – кого с оружием, кого с наркотой, но никогда того, кого ищут.
А любой, кто не паникует, предпочтет отлежаться где-то рядом… Может быть, это как раз и есть одна из тех причин, что заставила Вадима Александровича остаться. Только одна, а есть и другие. Веские, осознанные… И первая в их ряду – незавершение дела в полном объеме… Незавершение дела – есть признак непрофессионализма и минус в репутации.
Профессионал обязан дело завершить. Только ради этого, ради собственного имиджа не грех стать карикатурно заядлым грибником…"
"Дело началось, и дело пошло… Но не совсем так, как хотелось… Сильное сомнение вызывает одно, но существенное: с какой стати такие большие силы брошены на расследование? Вадим Александрович отдавал себе ясный отчет, что Призрак вовсе не Ильич Рамирес, и на него не может быть развернута массированная охота спецслужбами страны.
