К счастью, наши лучники помогли уберечь канат, а я быстро определил слабое место галер.
— Бейте в носовую или кормовую части! — прокричал я матросам, работавшим с «дельфинами», а сам начал стрелять из лука по врагам, которые пытались перебраться на борт «Альбатроса» с помощью багров."
"Хорошо, что борта у нас высокие и экипажи увеличенные. Нашлось, кому отбивать нападение, пока матросы ждали, когда в зоне поражения окажется носовая или кормовая часть вражеской галеры. Будь экипажи поменьше, результат мог оказаться печальным.
К обеим вражеским галерам подошли еще по одной двадцативосьмивесельной, а тридцатишестивесельная приближалась. К счастью, вскоре у той, что у нашего левого борта, расколошматили корму, после чего нос резко задрался, а у той, что у нашего правого борта — носовую часть, причем доски обшивки, высвободившись из форштевня, разошлись так, будто собирались обнять лучшего друга. Подоспевшая помощь, начавшая было переходить на меньшие галеры и подключаться к штурму, сразу передумала и вернулась на свои, помогая перебраться туда же оказавшимся в беде соратникам.
И это все под обстрелом наших лучников, среди которых было много бывших хеттов с составными луками. Их стрелы запросто пробивали и круглые кожаные щиты, и кожаные доспехи япигов. Двух врагов, у которых доспехи были из бронзовых чешуй, и одного в бригандине нашей работы завалил я. К сожалению, все трое пошли ко дну. Второй паре галер так и не удалось отойти от нашего борта. Воины на них попрятались за фальшборты от стрел или зарылись в тюки с шерстью, а грести веслами в таком положении несподручно.
Пятая галера, поняв, что вот-вот станет добычей моего второго судна, развернулась на месте и дернула к берегу.
Я показал второму судну, чтобы не гналось за удирающей галерой, а подошло к тем, что у нашего правого борта, помогло взять в плен экипажи. Воины «Альбатроса» занялись галерами у левого борта, где двадцатичетырехвесельная держалась на плаву и служила хорошим мостом для захвата двадцативосьмивесельной.
Сопротивление было непродолжительным. Мои воины копьями выгоняли тех, кто прятался между тюками, а если сопротивлялись, то расстреливали из луков. Впрочем, желающих умереть оказалось мало. Остальные решили испытать на собственной шкуре все прелести рабской жизни. Всего мы пленили сто восемнадцать человек.
Я смотрел на проходивших мимо меня к открытому трюму япигов, которых мои воины подгоняли пинками и тычками. Коллеги, как-никак.
