Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Такой душевной боли она давно не испытывала. И вот сейчас этот мужчина собирался ее добить.

Глава 4

Йеванн разглядывал на девушку, что сидела перед ним. Поникшая, с застывшим в глазах отчаянием.

Ее глаза преследовали его даже во сне. Две черные звезды на тонком, словно высеченном на камее, лице.

Как долго он пытался забыться? Вырвать этот образ из памяти? Сколько женщин побывало в его постели, прежде чем он понял, что незнакомка с бледным лицом проросла в его душу?

Темные маги не женятся на светлых, не влюбляются в них, не вступают в интимные связи.

Но он хотел эту женщину, хотел до боли, до ломоты во всем теле. И сам не понимал, что с ним творится.

Его желания — противоестественны. Но они есть и от них никуда не деться.

Почти каждую ночь она снилась ему.

Боль от раны в груди, ледяная вода, в которой лежит его тело, холод и тьма…

Безвременье и пустота…

А потом резкий толчок. Жар, что охватывает каждый сустав, каждое нервное окончание.

Золотая петля, что захлестнула душу в последний момент.

Вырвала из желанной тьмы, вернула в мир света, привязала крепким узлом к бренному телу…

Он помнил момент, как почувствовал рядом с собой чье-то присутствие. А еще почувствовал вернувшуюся боль и понял, что жив.

Сил открыть глаза не было, но он все же сумел разлепить покрытые морской солью ресницы и увидеть ее. Ангела с золотой короной на голове. Услышать ее нежный голос. Почувствовать исцеляющее прикосновение рук…

Он хотел схватить ее за руку, хотел сказать, что она совершает ошибку, что его судьба умереть здесь и сейчас.

Так надо! Так должно было стать!

И не смог. Потому что инстинкты кричали, что нужно жить, и глупое тело цеплялось за жизнь.

А она…

Она что-то шептала, сращивая его раны.

Он еще вяло удивился, как ей хватило сил вырвать арбалетный болт из его грудины? Он ведь помнил удар, помнил, как его откинуло навзничь, а грудь разорвало от боли. Помнил, как кто-то столкнул его за борт. А потом потерял сознание.

Видно, волны прибили его тело к берегу.

Но почему… почему он не умер?

Он хотел задать незнакомке этот вопрос.

Но с губ слетел только стон.

— Тише, уже все закончилось, — прошептала она, наклоняясь к нему.

Ее волосы мазнули его по щеке, дыхание коснулось потрескавшихся губ…

И в этот момент ее спугнули.

Со стороны берега послышался шум. Бряцанье оружия и топот нескольких ног.

— Он здесь! — закричал мужской голос. — Я его чувствую, он живой!

— Йеванн? Ты жив? Мы идем!

Он узнал голоса. И его прекрасное видение тоже.