Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И те, у кого есть сердце, должны сами сделать все, чтобы исправить эту ситуацию. Понимаешь?

Сайго и вправду все понимал. Он уже слышал о русских революционерах, которые готовы были пойти на любые жертвы ради своих идеалов. Они следовали своему кодексу, который лично он не мог понять, но так же другие не могли понять и кодекс его предков, которому, несмотря на все запреты, старался следовать Такамори.

— Вы считаете, что победы полковника дадут царскому режиму новые силы?

— Он еще только начинает свой путь, но он очень опасен.

Я чувствую! Опасен и для моего дела, и для дела вашего императора. Поэтому сделайте то, что должны! Убейте Макарова!

Сайго молчал. Он опять думал о человеке, которому приказали убить друга, и тот не смог ослушаться. Полковник не был ему другом, поэтому он в итоге согласился, а девушка с греческим именем Вера через каких-то своих друзей устроила его в обоз 22-го стрелкового полка. Тот как раз готовился к новому выступлению, и Сайго в роли китайца снова пойдет вместе с ними.

* * *После неудачной вечеринки мне пришлось немало побегать, чтобы наша следующая миссия не оказалась чистым самоубийством.

Несмотря на то, что я храбрился перед другими, внутри у меня такой уверенности не было. По крайней мере, пока я не сделал все, что только можно, чтобы повысить наши шансы на успех.

Итак, первым делом я увеличил количество снайперских взводов до четырех. Как показала практика при Ялу, японцы не очень спешат сближаться, поэтому будем пользоваться этим на полную. Это решение выбило у меня все ближайшие вечера на подготовку новых прицелов.

Но одних снайперов для выживания нам будет мало. Поэтому вторым делом я отправился к генералу Одишелидзе.

— Полковник Макаров, — тот поприветствовал меня без особого энтузиазма. — Если вы хотите попросить отвести ваш полк с передовой, то не стоит. Мне нужен отряд прорыва, и вы подходите для этого лучше всего.

— Я бы поспорил насчет того, что жертвовать одним из полков — это хороший план…

— Это не вам решать! План утвержден генералом Куропаткиным, и вам придется выполнить приказ.

— Собственно, я насчет этого и пришел, — я широко улыбнулся, а потом с такой же широкой улыбкой перешел от нормального разговора к шантажу."

"И почему-то это оказалось совсем не так сложно, как могло показаться — надо было просто решиться, а потом я на пальцах объяснил бывшему полковнику варианты. Первый — он меня посылает, я отказываюсь вести свой полк на убой, он разбирается, как не оправдал доверие начальства.