И, не получив однажды желаемого, она будет добиваться этого всяческими путями. Впрочем, мне лучше об этом знать, чем кому-либо. Размышления об этом заставили меня зло скрипнуть зубами.
Да, были многообещающие взгляды, нежные улыбки и полные всяческих благ намёки ещё при жизни князя Вольдемара, который нелепо погиб на охоте у короля Перуссии, когда младшему сыну не было и года. Правда, в то время я довольно успешно делал вид, что не ничего не понимаю, и старался как можно реже бывать при княжеском дворе.
Благо, что я вышел в отставку и к моменту смерти князя Вольдемара я уже достаточно отстранился от придворной жизни, уехал в свое поместье, собираясь приводить дела в порядок после смерти отца. Чтобы потом осуществить свои мечты о путешествиях. Однако, ловушка ожидала меня как раз в моем же замке.
Дело в том, что друг моих дедов, ныне генерал в отставке, почему-то проживал у нас в замке. Почему - я никогда не интересовался, считая это проблемой отца и дедов, мне, проживающему в столице, он ничуть не мешал.
Но, у старого вояки была дочь. Иногда, приезжая навестить родных, я мельком видел тощую девчонку с тонкими рыжеватыми косицами, смотрящую на меня с интересом. Стоит ли говорить, что я не обращал на нее ни малейшего внимания – та была не в моём вкусе, если говорить откровенно, да и потом, какого-либо недостатка в женском внимании я никогда не испытывал, так что старался игнорировать её присутствие. К сожалению, это желание было не взаимно, скорее, наоборот, девица твердо решила выйти за меня замуж.
Это я сейчас такой умный, а тогда я просто не обращал внимания на все ее ужимки, томные вздохи и гадкое жеманное закатывание глаз при случайной встрече. Но, Тильда была упряма и даже зла. И однажды она решила идти ва-банк. При воспоминании об этом я привычно поморщился и сжал кулаки. Да, моё поведение меня не красило, но всё же…"
"Итак, в один из очередных приездов домой я был с двумя друзьями, помнится, мы тогда ещё изрядно выпили, не сказать бы хуже.
М-да, сложно представить моё удивление, когда на следующее утро я обнаружил у себя в кровати зарёванную Тильду, картинно заламывающую руки, в разорванной рубашке, испачканной кровью, и ломящегося в двери разгневанного папеньку-генерала, хорошо хотя бы без пистолетов. Голова трещала так, что я даже мыслить связно не мог, только осторожно кивал головой, окидывая взглядом бушующего генерала. Да, я женюсь.
