Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Алексей мне не простит. Как теперь оправдываться? Что же я наделала!

Глава 75

Алексей

Алексей мотался между Москвой и Петербургом, смерть дядьки добавила хлопот. Мало того, что дядька сам ничего не смыслил в делах, так и детей своих не приучил. Но в конце концов всё-таки Алексею удалось всё привести в порядок. Но самое главное, что удалось отстоять дедово предприятие. Все долговые расписки Алексей выкупил, правда всю наличность потратил на дядькиных кредиторов, уже думал, что не обойдётся имеющимся, придётся что-нибудь продавать.

Но здесь очень выручило то, что имя Алексея Сергеевича Порываева стало звучать в списках номинантов на поставщика Его Императорского Величества. Шоколад «Улыбка принцессы» отгружался большими партиями, каждый хотел попробовать кусочек «улыбки». Алексей вспомнил вдруг о том, что говорили с Фаиной ещё о каких-то рецептах.... Сердце сжалось, как и обычно, когда её вспоминал. Голубые, словно небо, огромные глаза, непослушный локон, который то и дело выпадает из причёски, и так и хочется отвести его рукой, заправить ей за маленькое ушко.

Подумал, что почему-то, как уехала Фаюшка, так ни одного письма не прислала. «Вот чертовка!»

И сейчас тоже, когда освободилась голова от семейных забот, перед глазами снова появилась она, вспомнил её засверкавшие от счастья глаза, когда поцеловал её и признался в любви. И тяжело вздохнув, Алексей понял, что он тоже ей не писал.

Подумал: «Наверное, мы из тех людей, которым надо обязательно видеть глаза друг друга».

За окном было темно, дом весь уже спал, даже не было слышно звуков на улице, но Алексею отчего-то не спалось, вспомнил, как когда-то сидели с Фаиной на веранде, иногда разговаривали, а иногда просто молчали. И как он уже тогда не догадался, насколько она его, насколько они созданы друг для друга?!

И Алексей сел за стол и начал писать. Несколько раз зачёркивал, начинал сначала, в какой-то момент отчаявшись, скомкал лист бумаги и выбросил, схватился за голову.

Хотелось сказать многое, но разве на бумаге передашь, как тоска ворочается в душе от того, что хочется обнять её? Как ночью просыпается, вспоминает, как целовал её, как иногда ему мерещится, что по улице она идёт, хочется догнать, но потом понимает, что нет, не та. Этого же не передашь в письме.

Всё-таки написал, правда получилось коротко. Написал только, что с делами закончил, осталось пару дней в Петербурге, а потом в Москву и «поеду к тебе, любимая».