Вся кремлевская рать читать онлайн

Поддавшись общей конспирологии, либеральная часть Кремля и правительства объясняла Путину, что налицо китайский заговор: мол, китайцы специально отправили Сноудена из Гонконга в Москву, чтобы поссорить Москву и Вашингтон. Но было уже поздно.

Администрация Обамы решила, что полноценный визит в Россию будет отменен, президент ограничится лишь посещением саммита G20 в Санкт-Петербурге. Вместо Москвы он перед этим заехал на два дня в Швецию.

Был ли этот несостоявшийся визит последним шансом наладить отношения Обамы и Путина, неясно, но он был упущен.

После этого все переговоры между странами превратились в публичную ругань. Накануне встречи «Двадцатки» Путин назвал «дурью несусветной» заявления американцев о том, что сирийские власти применяли против повстанцев химическое оружие. А потом сказал, что госсекретарь Джон Керри «врет», говоря о том, что в Сирии нет боевиков «Аль-Каиды».

Возможно, эта риторика была нацелена на то, чтобы Обама вообще не приезжал на саммит в Петербург.

Он приехал, но это была дежурная встреча, в ходе которой Обама был максимально сдержан, а Путин вновь сорвался на грубость. В кулуарах американцы сообщили остальным участникам саммита, что иметь дело с Путиным невозможно и бесполезно. Он настолько неконструктивен, что Вашингтон перестает даже пытаться. Путина для Америки больше нет, говорили они.

Другие ценности"

"Внутриполитические технологии Володина были довольно успешными. Новый идеолог Кремля избрал подход, противоположный прежнему сурковскому методу: он не пытался выстраивать какие-то сложные конструкции, проповедовать новые ценности или придумывать новые системы.

Он считал, что нужно давать народу то, что он хочет. Володин любил изучать статистические выкладки и социологические опросы: они подтверждали, что власть все делает правильно, что Путин популярен и все его действия одобряются. При этом в своих действиях Володин очень любил руководствоваться именно анализом предпочтений населения и проводить политику, которая наверняка будет популярна. А новый популизм означал упор на традиционные консервативные ценности.

«Мне больно сегодня об этом говорить, но сказать я об этом обязан. Сегодня российское общество испытывает явный дефицит духовных скреп», — сказал Путин в своем послании к Федеральному собранию в декабре 2012 года. Это довольно архаичное словосочетание стало основой новой идеологии третьего срока.