Ужин с пантерой читать онлайн

Лоле его подход нравился гораздо больше, и через несколько минут она действительно с удовольствием выполняла его команды.

– Ну видите, деточка, – сказал Иван Валентинович под конец занятия, когда Лола умудрилась выполнить упражнение под загадочным названием «Мерцающая рыбка». – Вы чувствуете себя совершенно другим человеком, правда ведь?

При словах «другой человек» Лола вспомнила про своего соседа и спохватилась, что за лечебными процедурами совершенно забыла о настоящей цели своего пребывания в санатории.

– А мой сосед справа… Арсений Анатольевич… вы с ним тоже занимаетесь? И как он – выполняет упражнения лучше меня?

Иван Валентинович как-то странно посмотрел на нее, широкая улыбка исчезла с его добродушного лица, он бросил взгляд на часы и вдруг заторопился:

– Ах, деточка, мы с вами так увлеклись, что совсем забыли о времени, а меня уже ждет следующий пациент! – И он умчался, не дав Лоле времени на раздумья.

После ухода физкультурного врача Лола уединилась в ванной комнате, избавилась от своего осточертевшего гипса и с наслаждением встала под горячий душ.

После этого она действительно почувствовала себя посвежевшей и решила покинуть номер и совершить небольшую прогулку по ВИП-корпусу, что-то вроде разведки боем. Правда, для этого ей снова пришлось нацепить гипс. Однако он вел себя вполне прилично, Лола провозилась с ним всего минут двадцать.

Выбравшись в коридор, Лола оперлась на палочку и двинулась вперед, преувеличенно хромая. Она вспомнила роль Бабы-Яги, но это был не совсем тот образ, в который сейчас требовалось вжиться: Баба-Яга не только хромала, но еще и горбилась, всячески подчеркивая свой преклонный возраст, ей же сейчас нужно было играть молодую избалованную женщину со сломанной ногой…

Увлекшись решением этой актерской задачи, Лола не сразу обратила внимание на высокую темноволосую девицу с загипсованной левой рукой, подвешенной на кокетливом красном шарфике.

«Нарочно по лестнице побежала, – подумала Лола. – Чтобы меня унизить… мне-то с гипсом это не удастся…»

Она решила, наоборот, сыграть на своей слабости и беспомощности.

Воздев глаза к потолку, как кающаяся Мария Магдалина в Эрмитаже, она слегка пошатнулась и выставила вперед палку.