Нагнетатели делались на заводе «ВИГМ» – всесоюзного института гидравлических машин, но заводик этот крохотный и массовое производство ему не потянуть."
"Компоновочная схема у Мясищева интересная, он всегда шел по своему, оригинальному пути в плане аэродинамики и компоновки. Он делал первый бомбардировщик в СССР с носовой стойкой шасси. Кстати, надо бы его с Келдышем свести, припоминаю, что имела проблемы его стойка. Она у него просто вилкой сделана, так что «танцевать» будет. И это всего вторая машина в СССР с таким шасси.
«Кобры» еще не поступали и этот вопрос в ЦАГИ решил именно Келдыш. И стенд у него есть, но к нему, естественно, с этим вопросом никто не обращался. Вообще, КБ постоянно «экономят деньги», мол, сами с усами, и начинают шевелиться и обращаться к нам или ЦАГИ, только когда петух в темечко клюнет. Есть такое! И с крылом надо поработать. Оно у него деревянное, довольно тяжелое. То есть, тут можно кое чем помочь, и я внес тему в доклад. Машина достаточно перспективная.
Петляков… Этот зол на меня из-за Пе-2.
Пе-3ВИ мы в серию пропустили, дав более 600 исправлений в чертежах и существенно его облегчив, снизив расход металла на него в n-раз, а Пе-2 так и не принят, дорабатывается. СПБ легче Пе-2 на 1820 килограммов. При одинаковых моторах. Из-за этого Пе-2 имеет 600 килограммов бомбовой нагрузки, а СПБ – 1500. Я ему прямо сказал, что: «Дорабатывайте. За вас это делать никто не будет». Петляков возразил, что делал именно пикировщик, а Поликарпов – скоростной бомбардировщик, поэтому и такая значительная разница в весе сухого самолета.
Пришлось напомнить, что «сотка» – это истребитель, а не пикировщик. В общем, гавкнулись, и к «Пе-8» он меня близко не подпустит, посчитает, что и эту машину хочу зарубить. Фактически, в целом очень неплохая машина имела очень короткую и непростую жизнь. Их всех сняли чуть ли не в один день из-за силовой трубы лонжерона в центроплане. Машину частенько перегружали при полете на небольшие расстояния. А усталостные напряжения ее добили. В общем, делать нечего, придется договариваться.
Встретились на нейтральной территории, в штабе ВВС, куда Петлякова вызвал Филин. Повод был, правда, неудачный: два самолета Московского округа ПВО потерпели аварию. В очередной раз накрылись старые нагнетатели у одного, а второй запарил в кабину на взлете. Обошлось без жертв, но одна машина разбита в хлам. Филин начал издалека, он был в курсе, что на днях назначено заседание ученого совета. Чем он и огорошил Петлякова.