Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Ривен позаботился обо мне и сестре. Выделил средства — столько, что мы могли бы начать новую жизнь где угодно. Берегите его, если сможете. А если нет — не держите. Ривен слишком долго был связан долгом. Позвольте ему выбирать.

И с этими словами она отходит, растворяясь в свете люстр и шелесте платьев.

Лейз тихо выдыхает рядом:

— Её честность — редкость. Амалия Бертос сильнее, чем кажется.

Мы неспешно идём по залу.

Музыка стихает, но я почти не замечаю — у колонны стоит Ривз. И смотрит на меня.

Наши взгляды встречаются, но лишь на миг.

К нему подходят двое высоких драконов, почтительно склоняются перед Защитником Истока, перехватывая его внимание. Он отворачивается.

Может, Амалия права насчёт Ривза и его долга?

Я не должна напоминать ему, кто я. Так, возможно, будет правильнее. И легче — для нас обоих.

Он получит свободу.

Медленно поворачиваюсь и иду к прозрачной двери, за которой начинается сад Цитадели. Не оглядываюсь. Там — тишина и свежесть.

Атертон догоняет у фонтана — безупречный до последнего шва.

Орден поблёскивает на груди, волосы уложены, а в глазах — лоснящийся блеск выдрессированного щенка.

— Ирис!

Разворачиваюсь только потому, что он назвал моё имя.

— Что? — мой голос холоден.

— Я хотел поговорить. Всё это… — он разводит руками, глядя на роскошный сад. — Всё как будто крутится слишком быстро. Я… не успел всё сказать.

— Не успел? — я прищуриваюсь. — Как жаль. А я, представляешь, даже не ждала.

— Ирис, прошу. Я ошибался. Запутался.

Кэтрин… Она… она не то, кем казалась. Я был ослеплён. Давлением, долгом… ты ведь понимаешь.

— Конечно, понимаю, — я киваю. — Это ж так удобно: всё плохое — давление, всё хорошее — ты сам. Очаровательно.

Атертон делает шаг ближе.

— Ну и стерва же ты… — Его лицо искажается. — Думаешь, всё кончено? Что я был с Кэтрин просто так?

Генерал резко хватает меня за запястье, сжимает пальцы, дёргает на себя.

— Нет. Ты моя. И мне плевать, что Совет оформил развод. Мы ещё поженимся. Заново.

— Отпусти, — спокойно говорю я, но в голосе что-то ломается. Даже не от боли. От отвращения.

— Я боролся за тебя! — шипит он. — Ты бы так и осталась пустой куклой, если бы не я! Я. Не этот твой Ривз. Не эта твоя вода. Я вытряс из тебя силу. Я…

Вода поднимается в воздух без предупреждения — холодная, как ярость. Она вырывается из-под фонтана, стремительно струится по мрамору, вздымается стеной и тянется к нам, закручиваясь спиралью.

Атертон замирает.