Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"Открыв глаза, она увидела только, что отец ее каким-то чудом еще стоит на ногах, а Ройс атакует Макферсона и еще двоих как сумасшедший, преисполнившийся холодной ярости, вертится, рубит… и противник при каждом ударе падает наземь бесформенной грудой металла.

Дженни пошатнулась и почти повалилась на зажмурившую глаза Бренну.

– Дженни! – крикнула тетушка Элннор. – Я не думаю, что тебе следует…

Но Дженни не обратила внимания; горькая волна подступила к горлу, слезы почти ослепили ее, она бросилась к своей лошади и выхватила поводья из рук ошеломленного слуги…

– Смотрите, миледи! – восторженно заорал он, помогая ей взобраться в седло и кивая в сторону ристалища на Ройса.

– Вы когда-нибудь в жизни видели такого бойца?

Дженни взглянула еще раз и увидела, что меч Ройса вновь опускается на плечо шотландца. Увидела, что ее отец, брат, отец Бекки и десяток других шотландцев лежат на земле, уже залитой кровью.

Увидела неумолимую, неминуемую смерть.

Видение это продолжало терзать ее, когда она стояла у открытого окна в своей спальне, прислонившись побелевшей щекой к оконной раме, обхватив себя руками, пытаясь как-нибудь удержать всю боль и ужас внутри.

Миновал час с той минуты, как она покинула турнир, и уже с полчаса шли поединки. Помня об объявлении герольда, что поединки, которые последуют за турниром, откроют самые искусные бойцы, Дженни не сомневалась, что все выступления Ройса состоятся сразу же по завершении битвы.

«Король Генрих, – думала она со смутной скорбью, – решил произвести сильнейшее впечатление, продемонстрировав всем и каждому, что его знаменитый воин, даже измученный, способен разбить любого шотландца, которому достанет глупости потягаться с ним».

Она насчитала уже пять завершенных поединков, имея возможность судить по чудовищному глумливому вою толпы, провожающему с арены каждого побежденного. Еще четыре, и Ройс уйдет с поля; к тому времени кто-нибудь обязательно принесет ей известие, скольких ее родичей он искалечил или убил.

Она смахнула слезы, и ей даже в голову не приходило, что что-нибудь может случиться с Ройсом. Он был непобедим. Она убедилась в этом во время его поединков до начала турнира. И… прости, Господи… гордилась. Даже когда он бился с Макферсоном, страшно гордилась…

Двойственность ее положения раздирала ей сердце и душу, и она стояла на месте, не видя поля, но слыша, что там происходит.