Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Этой секунды мне хватило, чтобы проскользнуть в комнату незамеченным. Стараясь не скрипеть половицами, я осторожно двинулся вдоль стены.

— Слушаю, де Кастро, — он посмотрел на Диего в упор. — Где ты была всё это время?

— У меня не вышло убить…

— Дальше, это я уже слышал.

— Он сам чуть не прикончил меня, когда я пыталась выполнить ваше задание. Он оглушил меня, и я очнулась уже в кандалах. Этот come mierda посмел отправить меня на каторгу как крепостную рабыню! Пришлось….

Мартино слушал байки Диего не слишком внимательно, разглядывая её хищным взглядом.

Он кивал, вроде как соглашаясь, но губы у него то и дело складывались в ироничную улыбку.

— Это неважно, — он прервал её на полуслове. — Я уже не глава инквизиции, и всё это меня не интересует. Но ты пришла вовремя — мне как раз нужен ещё один человек для важного дела.

— С радостью послужу вам, монсеньор! Сколько вам будет угодно!

— Послужишь, конечно, послужишь. Только всего один раз.

Он неожиданно выкинул руку вперёд и швырнул в Диего оглушающее заклятье.

Она вскрикнула и опрокинулась вместе со стулом на пол. Кардинал, не торопясь, встал, обошёл стол и наклонился над испанкой.

— Ты будешь хорошей жертвой, моя дорогая, — ухмыльнулся он. — Геката любит таких… Что⁈ Да ты же мёртвая! Ты слу…

Договорить он не успел. Я подскочил к нему сзади, вынимая из воздуха булавку с рубиновой головкой. Взмах руки — и золотое остриё вошло кардиналу в глаз, погружаясь на всю длину. Он рухнул на пол рядом с Диего, распахнув рот и с ужасом глядя на меня целым глазом.

Глава 2

Cagada!

Тело кардинала выгнуло дугой. Он засучил ногами, а пальцы на руках заскребли по доскам пола. Голова моталась из стороны в сторону, скрипели сжатые зубы, с губ летели хлопья пены. Впрочем, ничего удивительного — внутри обрюзгшего тела шла настоящая борьба. Душа Мартино пыталась вырваться наружу и уйти к Павшей, но сила Хозяйки пригвоздила её золотой булавкой и крепко держала на месте. Потоки эфира бурлили вокруг бьющегося в корчах кардинала, хрустели кости в выворачиваемых суставах, и даже смотреть на этот «танец» было больно.

Помочь Хозяйке в укрощении мертвеца я не мог и кинулся к Диего. Оглушающее заклятье, брошенное Мартино, не могло убить живого человека. Но на испанку оно подействовало самым поганым образом. Кожа у неё посерела, лицо стало похоже на череп с оскаленными зубами, а сама она не могла даже пошевелиться. Диего медленно проваливалась за грань, уходя в посмертие.