Бархатный капкан читать онлайн

Он куда предпочтительней, чем немолодой, толстый и семейный Рудольф Автандилович, но его будущее просматривается пока смутно. Сегодня Глеб на коне, а завтра его выгонят из клуба. Не верила в него Аллочка, потому и не торопилась к нему в постель. Хотя и намекнула на возможную близость.

Аллочка ушла, и Глеб собрался покинуть кабинет. Надо было обойти клуб, еще раз осмотреть свои владения. Глаз обязательно найдет что-то новое, а ум получит пищу для размышлений. Но в клуб пожаловал Саватеев, и не один, а вместе с Протасовым.

Глеб принял их в своем кабинете. Аллочка подала кофе и, уходя, выразительно посмотрела на него. Дескать, она здесь, рядом, у нее все под контролем. Что, если кабинет стоит у нее на прослушке? Глеб покосился на интерком — связь с секретаршей вроде бы выключена, а вдруг нет?

— Ну, рассказывай! — Лева весело и панибратски хлопнул Протаса по плечу.

— Так это, Яна звонила, сказала, что с отцом поговорила. Не будут вас трогать, — как-то не очень весело выдал парень.

— И в какой процент это нам встанет?

— Ну, сколько ты предложил, столько и будет.

— А чего такой кислый?

— Да деньги нужны, — вздохнул он.

— Пятьдесят штук?.. А где результат?

— Так в том-то и дело. Роберт сказал, что все нормально, но ему сейчас не до клуба. После операции он. Сердце у него больное.

— Сердце больное, а организм здоровый. Подошел бы какой-нибудь организм, решили бы проблему.

Глеб вспомнил троицу, которая, наехав на Казаяна, с триумфом покидала клуб.

— Так Яна сказала, что будут… Когда-нибудь… Я же говорю, проблема не в тебе была, а в Казаяне. С него спросить хотели, его наказывать будут, а не тебя. Ты Роберту не нужен. И клуб ему не нужен. Ну, долю он свою возьмет… Пятнадцать процентов… Ты бы это, выплатил мне хотя бы половину… — Протас жалостливо глянул на Глеба. — А когда вопрос решится… Да он и так уже решился… Ну, почти…

Глеб поднялся со своего места, открыл сейф, вмонтированный в гарнитурную стенку.

Глеб отсчитал двадцать пять тысяч, передал их Протасу.

— Смотри, если ты мне наврал, я тебе горло перережу, — с леденящим спокойствием сказал он.