– Если и дальше будешь разговаривать как ребёнок, мне придётся наказать тебя.
Она не шутила.
Шахта Е7, под Средиземным морем
На пути к поверхности Элфи избегала главных шахт. У Жеребкинса везде были установлены датчики, которые контролировали все передвижения по коммерческим и полицейским маршрутам. Пришлось лететь по неосвещённым и извилистым вспомогательным туннелям, но иначе шаттл бы засекли и все они оказались бы на Полис-Плаза, так и не выполнив свою миссию.
Элфи огибала сталактиты размером с небоскрёб и пролетала над огромными кратерами, кишащими светящимися насекомыми.
Однако все манёвры она проделывала совершенно машинально, мысли её были далеко. Капитан Малой заново переживала все, что произошло за последние сутки. Она постепенно приходила в себя, оцепеневшая было душа вновь оживала.
По сравнению с тем, через что им пришлось пройти в этот день, все прошлые приключения с Артемисом Фаулом казались дурашливыми выходками вроде тех, какие совершают герои комиксов. Раньше все всегда заканчивалось хорошо.
Порой приходилось туго, но все остались живы. Элфи посмотрела на свой указательный палец – у основания его кольцом опоясывал едва заметный шрам, оставшийся после того, как она едва не лишилась пальца в Арктике. Она могла удалить шрам магией или закрыть его кольцом, но предпочла ничего не делать, чтобы иметь возможность смотреть на старую рану. Шрам был частью её жизни. Крут тоже был частью её жизни. Командиром и другом…
Печаль то покидала Элфи, то снова накрывала с головой.
Какое-то время ею двигала жажда возмездия. Но сейчас даже мысли о том, чтобы засадить Опал в холодную и сырую тюремную камеру, не могли зажечь искорку мстительной радости в её сердце. Нет, она не собиралась отказываться от задуманного. Элфи знала, что сделает все возможное, чтобы спасти свой народ от людей. Но потом, когда долг будет выполнен, настанет пора всерьёз подумать о своей жизни. Может быть, пришло время кое-что в ней изменить.
Артемис закончил работать на компьютере и попросил всех собраться в пассажирском отсеке.
Он все не мог нарадоваться своей воскрешённой памяти. Пальцы его ловко порхали по клавишам гномьего алфавита, и мысль о том, с какой лёгкостью он работает в операционной системе, неизвестной больше ни одному человеку на свете, приводила Артемиса в восторг. Он восхищался и подземной техникой, хотя был знаком с ней уже давно. Заново открывать для себя забытые навыки доставляло ему удивительное удовольствие.
