Надменнейший город мира пропал за мгновение, легендарная империя исчезла в один день, а Земли Долгого лета – некогда самые плодородные во всем мире – оказались затопленными, сожженными или отравленными.
Потребовался целый век, чтобы Рок полностью собрал свою кровавую дань, ибо за внезапно возникшей пустотой последовала смута. В час беды повелители драконов по своему обыкновению собрались в Валирии... кроме Эйнара Таргариена, его семьи и драконов, которые убереглись от Рока, бежав на Драконий Камень.
Согласно некоторым источникам, спаслись и немногие другие... на время. Как говорят, в Тироше и Лисе сколько-то валирийских драконьих владык еще оставалось – однако граждане этих городов тотчас после Рока устроили перевороты и уничтожили как своих архонтов, так и их драконов. Также в хрониках Квохора утверждается, что заезжий лорд Аурион (бывший из числа властителей драконов) набрал войско из местных жителей и объявил себя первым императором Валирии.
Он вылетел домой на своем огромном драконе, по земле за ним следовали тридцать тысяч воинов – чтобы заявить права на то, что осталось от Валирии и восстановить государство. Но ни самого императора Ауриона, ни его войска больше никогда не видели.
В Эссосе век драконов закончился.
Волантис, самый могущественный из Вольных городов, немедленно решился примерить валирийскую мантию. Высокородные валирийцы этого города, пусть и не властители драконов, призывали к завоеваниям.
Приверженцы войны, прозванные «тиграми», втянули Волантис в серьезное противостояние с прочими Вольными городами. Сначала им сопутствовал успех: их флот и армия подчинили Лис, Мир и захватили господство в южных землях по Ройне. Но стоило им, переоценив свои силы, попытаться захватить Тирош, как расцветающая империя рухнула. Пентос, встревоженный натиском волантийцев, присоединился к защищавшемуся Тирошу, Мир и Лис восстали, а Морской владыка Браавоса отрядил в помощь Лису флот из сотни кораблей.
К тому же вестеросский Штормовой король Аргилак Надменный высадил войско в Спорных землях (в обмен на обещанные ему золото и славу), которое разгромило волантийцев, пытавшихся вернуть себе Мир."
"На исходе Кровавого века в борьбу оказался вовлечен даже будущий Завоеватель – тогда еще молодой Эйгон Таргариен. Его предки давно посматривали на восток, сам же Эйгон с юных лет больше приглядывался к западу.
