Соображаешь?
– Мне сказали, Егор был в нее влюблен.
– Ну, может и был, – нехотя согласился Волчок. – Но это после. А тогда он как бы обозначил намерения: я собираюсь ухаживать за Домбровской, не суйтесь под руку. И тут этот дикарь! Иванушка-дурачок… Таскается за Элкой, таращится неотрывно. Фотографирует еще. Фотоаппарат Егора особенно выводил из себя. Смешно: что это за папарацци такой! А потом случилась одна сцена… Кинематографическая. Очень короткая.
За спиной Макара в коридоре забегали люди, кто-то громко крикнул в гримерку: «На выход!»
Костик лениво поднялся и подошел к двери.
Высунулся, огляделся и отчеканил в пространство длинную фразу, в которой не было ни одного цензурного слова. Как ни в чем не бывало вернулся к Макару и взгромоздился на высокий стул.
– Командовать они еще будут… Сначала говорить по-человечески научись, потом с людьми работай.
– У тебя не будет проблем?
Костик отмахнулся:"
"– Да они не слышали! Я ж не дурак на помрежа орать. Это фальстарт. Пять минут у нас еще точно есть.
Значит, Иванушка-дурачок выпил… Но дело не в этом, он не был пьян, просто слегка окосел, это было даже мило. Щербатых подбил его спуститься в палисадник и добыть ветку сирени. Короче, с этой веткой Иван поднимается в квартиру, идет по коридору, ищет Эллу. Домбровская стоит в комнате у подоконника и принимает красивые позы. Иван заходит. Видит Эллу. Топает к ней. И тут мы все замечаем, что с нашего Мцыри сползли джинсы, и из-под них видна резинка трусов. Обычная резинка, ничего особенного.
Сейчас так каждый второй носит. – Волчок большим пальцем приспустил край своих шортов и продемонстрировал Илюшину трусы известной марки. – Но тогда это было не совсем общепринято. Иван идет мимо Егора, светясь, как праздничный самовар. В руке у него сирень. Егор цепляет резинку на его спине чуть пониже талии двумя пальцами, оттягивает и с силой отпускает. Щелкает трусами Иванушке по спине, понимаешь?
Волчок показал на своем тощем боку, как это было.
– И вроде бы ничего такого, да? Но из-за этого дурацкого щелчка Ивана стошнило.
Вот такая непроизвольная реакция! Сразу все вместе сыграло: он выпил, запыхался, пока бежал наверх, переволновался… И тут еще Егор со своей идиотской шуткой. Короче, его вывернуло прямо на туфли Домбровской. Стоит Элка вся такая прекрасная и смотрит на свои ноги. Ну, можешь вообразить картину, да? Туфли были дорогущие, замшевые, изумрудного цвета. Иван побелел как простыня, попятился и убежал. Я потащил Элку в ванную отмывать их.
