Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Мне надо все обдумать…

Глава 8

Вместо того, чтобы забыться и использовать выходные по назначению, я заперся в комнате и начал давать указания своей охране и не только. Женя никак не выходила из моей головы, ну слишком она подозрительна, поэтому первое, что попросил-проследить за ее звонками и вообще за ней в целом. Как бы я ни обидел предполагаемую мать, подкинуть ребенка она могла сразу после рождения, что было бы полностью логичным, не надо тратить ни денег, ни нервов. Ждать полгода было бессмысленно, к тому же, при желании можно было сразу подать в суд на алименты, если девушка была уверена, что я биологический отец.

Значит дело не в деньгах. Может экстрасенша права и что-то случилось с предполагаемой матерью. Какой-нибудь родственник или знакомые подкинули ребенка по просьбе умирающей подруги или что-то в этом роде. Хотя, с другой стороны, деньги той девке нужны были с самого начала, почему не воспользовалась возможностью сразу доить из меня бабки? Получается, что получила деньги, использовала их по назначению, а дальше узнала, что беременна и сохранила ребенка не в качестве получения отступных, на которые можно было бы жить припеваючи до старости, а просто так? Маша была в потертой переноске и вещи были мягко говоря не очень, да и памперса на ней не было, что точно говорит о весьма бедственном положении матери.

Черт, может ее уже вообще нет в живых… Я бы и дальше лежал на кровати и разглядывал несовершенство своего потолка, если бы не услышал истошный крик няньки на весь дом.

Вскочил с кровати, а в голове дурные мысли, что что-то с девочкой. Спустился за считанные секунды вниз и стою как вкопанный, совершенно не понимая, что делать. Тима схватил няньку за рукав кофты и мутозит из стороны в сторону, что есть сил.

— Ну сделайте что-нибудь! Он меня и так уже укусил за палец! Он мне руку сейчас откусит! А-а-а-а-а-а-а….

Секунда и, наконец, прихожу в себя, когда слышу детский плач.

— Тима, ко мне!

Хлопаю рукой по брюкам, но Тима в ответ на всегда знакомый жест совершенно не реагирует, а только сильнее начинает скалиться на няньку.

Ничего другого не придумав, подхожу к тетке и пытаюсь отцепить от нее некогда добрейшую собаку. Тима так скалит зубы, что, кажется, я заметил у него кариес. Мать моя женщина, откуда у него такой оскал.

— Тимоша, фу!

Наконец отлепляю пса от разъяренной женщины и держу его так, чтобы не продолжил посягать на мясистую руку няньки.