— Должен покинуть тебя, легат, — сообщил я Квинту Титурию Сабину.
— Да, теперь ты под командованием Краса, — согласился он.
К тому времени конных белгов на нашем берегу набралось около тысячи. Они растянулись в линию, загнутую в нашу сторону у реки. Командующий римской конницей скакал прямо в центр ее, не дав даже турмам время, чтобы развернуться в лаву. Я повел свою турму, которая успела растянуться влево и вправо от меня, на тех, что были дальними от берега. Белги поскакали навстречу нам."
"Давно я не участвовал в массовом встречном бою.
Не помешало бы длинное копье, но оно осталось в лагере. Не предполагал, что сложится такая ситуация. Я выбрал белга, скакавшего немного левее меня, и сосредоточил на нем внимание. Был он в кожаных доспехах и с овальным деревянным щитом среднего размера. Вооружен копьем длиной метра два с половиной с толстым древком и, значит, тяжеловатым. На войне быстро учишься с одного взгляда определять сильные и особенно слабые стороны противника. Мы быстро сближаемся, имея друг друга слева, как удобнее бить копьем и закрываться щитом.
В самый последний момент я бросаю коня влево. Наши лошади чуть не сталкиваются. Теперь мы имеем друг друга справа, и у меня пика, которая немного короче, тоньше и легче. Я успеваю перенаправить ее на врага и ударить первым. Попадаю ему в район правых нижних ребер и сразу выдергиваю, потому что белг продолжает скакать вперед, утягивая мою пику. Замечаю слева приближающееся к лицу слева острие копья другого врага, усеваю поднять щит.
Скрежещущий звук железа, царапающего железо, обычно жутко раздражающий меня, на этот раз показался на удивление приятным. Ответить не успеваю, потому что противник проскакивает мимо меня. Колю скакавшего следом за ним, который справа от меня. Он увлеченно выцеливал кого-то из моих подчиненных, позабыв о защите. Попадаю ему немного ниже правой ключицы. Острие запросто пробивает кожаную куртку и как-то слишком легко и глубоко влезает в тело, из-за чего еле успеваю выдернуть пику.
Раненый роняет копье, и кто-то из моих всаживает свое прямо в лицо белгу.
Передо мной больше никого нет, поэтому разворачиваю коня и еду помогать своим подчиненным. Другие турмы пусть сами справляются. Во время таких столкновений все, кто движется на тебя, автоматически считаются врагами. У меня, конечно, приметный щит — синий с белой «розой ветров», но в толчее воины других турм признать меня могут слишком поздно, а погибнуть от своих обидно.
