Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

На прошлой неделе он Вику домой подвозил, на этой — Саманту, официантку, которую я наняла вместо уволенной Розы. Любовные треугольники на кухне ни к чему. Была бы моя воля, я бы вообще запретила романы на рабочем месте, но сейчас вроде как демократия в моде.

— Все отдыхать едут, и только Марат работать, — хихикает Полина, когда шеф-повар протискивается между рядами автобусных кресел с увесистым казаном в руке. — У тебя как с ним сейчас?

Я небрежно пожимаю плечами.

— В душе он, скорее всего, меня ненавидит, но ведёт себя как послушный кастрированный котик.

Большего мне и не нужно.

— Твой бывший бойфренд, говорят, его приструнил, — склонившись к моему уху, доверительно шепчет она. Я заранее предупредила Полю, что ни одна живая душа не должна знать, что мы с Исхаковым в прошлом имели что-то общее. — А ещё весь офис обсуждает его задницу. Она, кстати, у него и правда ничего.

— И ты туда же, — буркаю я, отворачиваясь к окну.

Уж лучше бы продолжали считать его мажором и придурком, потому что восхищённые шепотки сильно портят мне настроение.

На днях я, например, оштрафовала Свету, бариста, за то, что она обсуждала сходство Карима с её любимым испанским актёром. Правда, в качестве причины озвучила, что кофе у неё говно. Никак не могу избавиться от привычки выцарапывать глаза каждой, кто смеет на него не так посмотреть. Неправильно, знаю. Вчера целых двадцать минут перед зеркалом повторяла фразу: «Исхаков козлина, и я не должна его ревновать», но очевидно, бесполезно.

— А он сам-то, кстати, на корпоративе будет? — с подозрительным безразличием интересуется Полина, чем моментально вызывает во мне приступ раздражения. Вот зачем ей эта информация? Праздник ведь организован для нас, и Карим тут ни при чём.

Ох, надо как-то взять себя в руки, а то это уже больничкой попахивает.

— Сказал, что заедет. Но то, что он так сказал, ничего не значит, чтоб ты понимала. У Карима обычно семь пятниц на неделе. Сегодня одно сказал, завтра другое.

Он такой в плане обещаний… Ненадёжный, в общем.

Понятия не имею, для чего я так бессовестно вру. Вернее, имею. Хочу уронить градус всеобщего восхищения Каримом. Ясно, что официантки от него пищат, но Поля, кажется, тоже, а я ведь ей рассказала, какой он козёл.

— Ну ладно. — Полина обнимает меня за плечо и меняет тон на весёло-энергичный: — Мы ведь с тобой сегодня выпьем, да? А ещё потанцуем и в кедровой бочке посидим.

Я согласно киваю.