Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но я припомнил слова Курта про «зелёную зону» для новичков и не стал расслабляться, так как основная служба будет еще впереди. Самое главное, от скуки не потерять боевой настрой и чаще тренироваться, добиваясь слаженности взвода.

Погрузили нас быстро. На посадку пошел челнок и забрал 7 взводов.

Всем выдали сухой паек из расчета на три дня. Личные вещи с гражданки отправили в трюм.

Броню и оружие на специальных подставках — тоже в трюм. С собой только вещь мешок с носимыми вещами.

С челнока нас погрузили на огромный транспорт.

И там переселили в каюту по два человека.

Две койки, стол и душевая. Тесно. В проходе вдвоем не разместиться.

Обед в столовой по времени. На перекус 20 минут. Возле стен — пищевые синтезаторы. В центре длинные столы с лавками. На выходе утилизаторы. Пришел, заказал, сел, поел. Остатки выкинул. Посуда одноразовая без изысков. Солдатский минимализм. Еще и потолки низкие.

Свободное время можно было провести в спортзале, но, одно но. Тренажеров мало, и к каждому тренажеру была очередь у ИскИна.

В первый день полета очередь была заполнена на две недели вперед. Учитывая, что лететь нам всего 12 дней, можно сказать, что спортзал был не доступен.

В основном, все лежали на койках и смотрели фильмы, лазили в сети и страдали ерундой.

Я хотел отправиться к техникам, но ИскИн не дал доступ в технические помещения. Пришлось отбыть на место.

По пути взвода отбывали, или приходили новые. Ротация кадров была постоянной.

Через 12 дней нас, отлежавших себе все бока и тихо сходящих с ума от безделья, отправили на взлетную полосу с вещами.

На погрузку в челнок была очередь. С корабля на станцию отправили три взвода. Корабль оставался в космосе без захода в док. Для такого гиганта не было швартовочного места.

Радости было много. Просто пройтись по незнакомым местам и поболтать с соседями. Я чувствовал себя дикарем, в новом мире. Энергия бурлила после длительного перерыва. Хотелось размять свое отекшее тело. Не все разделяли мой радостный порыв.

— Куда прешь? Не видишь — я тут стою.

— раздалось рядом со мной.

Я повернул голову, разыскивая источник шума.

— Что вылупился, я тебе говорю.

Чуть сбоку стояли трое парней. Минматарской наружности. С первого взгляда определяются как «проблемы». И эти проблемы, похоже, обращаются ко мне.

Парни пошли на погрузку, руками расчищая себе путь.

— Вообще — то, тут очередь, — с укором сказал я, понимая, что лучше было промолчать.

— Крутой, да? — один из троицы наотмашь махнул рукой, давая мне леща.