Батя, Батюшко и Бэмби читать онлайн

— Не представляешь, Сережа, насколько, — ухмыльнулся Борис. — Этот кристальной честности человек, — толкнул старшего брата плечом в плечо, — на мой вопрос о том, как правильно надевать презерватив, с абсолютно серьезным лицом сообщил, что для стопроцентной защиты от половых инфекций и возможной беременности нужно…

— Не томи! — прервал затянувшуюся паузу пятый член их компании, детский отоларинголог, человек — золотые руки Семен Куриленко. Рядом с ним негромко в полотенце подвывал с переходом на всхлипы недавно отметивший сорокапятилетние отличный профессионал — кардиолог Вадим Андреевич Черепанов.

— Да сам вспоминаю сквозь смех и слезы, — старательно делал серьезное лицо Борис. — В общем, для стопроцентной гарантии, как просветил меня Вадюшка, надо в презерватив впихнуть все!

— В смысле — все?!

— Все — значит все. Все, что там болтается. Весь комплект. Один плюс два.

Первым сообразил Денис и с хохотом завалился на плечо Лапину. Тот понял следом. А потом очередной приступ хохота накрыл раздевалку.

— Меня только одно интересует… — тяжело дыша, с трудом проговорил Семен. — У тебя получилось?

— Сомневаешься? — фыркнул Борис, вызвав очередную бурю смеха. — Я же старательный! Пыхтел, сопел, но все впихнул!

— Ой, ну и дурак же ты был в четырнадцать, братец, — Вадим принялся растирать щеки. — Эта картина всю жизнь будет меня преследовать. Не думал, что такое в принципе возможно сделать. Заставь дурака богу молиться…

— Не начинай! — слаженно рявкнули остальные.

— Вот после этого, — в наступившей относительной тишине резюмировал Борис, — я совершенно утратил веру в людей.

— И стал патологоанатомом, — с напускным сочувствием продолжил Лапин.

— Именно! — закивал Черепанов-младший. — И не жалею. Прекрасная работа. А самое прекрасное в ней знаете что?

— Что твои пациенты на тебя никогда жалобы не пишут! — нестройным хором ответили Борису Черепанову его друзья.

* * *«Секрет Изольды» вскоре перестал быть секретом. Она все так же выходила договариваться по телефону о встречах в коридор, ее все так же было слышно, несмотря на конспиративно-тихий голос.

Геннадий Игоревич, который частенько приезжал после работы в гости, очень страдал, старательно пытался делать невозмутимый вид, но у него ничего не получалось.