Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Ты не сможешь врать в течение суток, — ухмыльнулась я. — Теперь я спокойна, а ты признаешься во всём коменданту.

— Я бы сам… — нахмурился он, съёжившись под моим пристальным взглядом.

— Конечно, сам, — вздохнула я, понимая, что сделала правильно. — Не советую болтать обо мне, иначе тебя посчитают сумасшедшим. Ты ведь не хочешь загреметь в богадельню?

— Я же не смогу врать, — поник мужчина ещё больше.

— Вряд ли тебя будут расспрашивать обо мне сегодня. Твоё дело признаться в махинациях и снять все обвинения с Константина.

— А как же Лиззи? У нас скоро родится сын, — тяжело вздохнул он, вспомнив о жене.

— Не переживай. Лиза и малыш не останутся одни. Обещаю присмотреть за ними, — спокойно заверила я его. — Тебе предстоит сложный путь покаяния и расплаты, Андрей. Но я надеюсь, что ты пройдёшь его достойно и вернёшься в семью. Ведь Лиза любит тебя.

— Какой же я дурак! — застонал мужчина, обхватив голову руками.

Ничего, угрызения совести ему точно пойдут на пользу.

Когда карета остановилась возле штаба крепости, Андрей уже перестал истерить.

Он спокойно покинул карету и решительно пошёл к коменданту. Я же осталась в экипаже. Не уеду, пока не заберу мужа отсюда, так и сказала дозорному.

После двух мучительных часов ожидания я увидела Константина, шагающего по плацу. Он шёл со стороны острога — небритый, осунувшийся, в помятой форме. Не выдержав, я выскочила из кареты, как чёрт из табакерки, и кинулась ему навстречу.

— Софушка, — любимый голос ласкал меня, а сильные руки прижимали к широкой груди.

— Я так скучал… Ты чего?

По моим щекам текли горячие слёзы радости. Никогда я не была так счастлива, как сейчас.

— Не плачь, всё же обошлось, — шептал муж, нежно гладя меня по спине. — Ты оказалась права. Собственный брат подставил меня. Удивительно, что он пришёл с повинной.

— Я люблю тебя, — только и смогла выговорить, уткнувшись носом в его китель, который пропах тюрьмой.

— И я люблю тебя, лебёдушка моя, — его пальцы обхватили мой подбородок, приподнимая голову. Я смотрела в голубые глаза мужа и тонула в них.

Нежный поцелуй коснулся моих губ, сметая все мои тревоги прочь. Рядом с Костей мне ничего не страшно. И я обязательно расскажу ему всё про себя, как только мы окажемся наедине. Я не смогу утаить от мужа самое главное: кто я есть на самом деле и как попала сюда.

Глава 48. Признания

В Дивное в тот день мы не поехали. Косте велели оставаться в городе на время расследования, хотя дали ему неделю отдыха после заключения.